Творчество

Ураган (Глава 23)
25.02.2017   12:00    
23. От счастья когда не уснуть мне,
Он снова проснется счастливым...


Ты песня,
Написанная
Рукой Бога. (...)
Я люблю тебя больше,
Чем что бы то ни было на этой планете.
Движения, разговоры, прогулки, дыхание,
Ты знаешь, что это правда,
Но, милый, это так забавно,
Что ты почти в это не веришь.(...)
Твоя одежда
Скрывает бесконечную историю.
Под ней мужчина, которого я выбрала,
Моя территория...

Underneath your clothes - Shakira


Его шаги к дому были медленными, неверными. Ладони, придерживая, сжимали мне бедра, губы не прерывали поцелуя. Теплый дождь, успокаиваясь, приятно ласкал наши разгоряченные тела. Обвивая Роберта руками, обхватив за пояс ногами, я отвечала ему, пылко, благодарно. А потом наши взгляды встретились, и голос предательски сел, сделав невнятным самое емкое, пугающее и прекрасное слово, которое я хотела произнести вслух. Любимый. Только Роберт услышал его, знаю. Нежно касаясь подушечками пальцев моих мокрых ресниц, век, бровей, он, на мгновение прильнув щекой к щеке, шепнул:
- Я скучал по тебе, mia*.
Мои руки еще крепче сомкнулись на его шее.
- Ты вернулся.
- Да.
Я уткнулась лбом ему в плечо, пряча слезы. Такое которотенькое слово, лишь один удар сердца.
Роберту не нужно было объяснять, что он чувствует, так же, как мне. Скучать можно безмятежно, в предвкушении долгожданной встречи; можно отчаянно, исходя страстной тоской от невозможности обнять. И то, и другое было слишком знакомо. Только теперь мы познали третье – необъяснимую и неделимую боль одиночества вдвоем. Боль, которая, одновременно сближая и отдаляя, ощущалась физически.
Не отдам, больше не отдам тебя одиночеству.
Закрыв глаза, я в блаженстве водила кончиком носа по влажной коже и никак не могла надышаться. Потом, скользнув поцелуем по его ключице, шепнула:
- Отнеси меня в постель.
- Уже. – В голосе Роберта я уловила и волнение, и улыбку.
Моя щека касалась расстегнутого воротника рубашки. Там, под его одеждой... мир, мой раскрытый и нераскрытый, таинственный, противоположный, обожаемый – где каждая родинка попадает в узор моих губ, где каждая венка и волосок ищут мое дыхание.
Ладони, зажив своей собственной жизнью, опустились вниз и пробрались под мокрый хлопок. Гладя спину, поднялись по позвоночнику, чтобы, помедлив, вернуться к пупку. Несколько непослушных пуговиц, наконец, поддались неуклюжим попыткам расстегнуть их изнутри, и, прижавшись телом к телу, я тут же ощутила блаженство под ритмичные удары сердца Роберта у своей груди.
Где-то на пороге дома я сняла через голову его рубашку, легонько провела ногтями по темной дорожке, касаясь пояса джинсов, стянула их... Переступив через одежду, Роб вошел обнаженным, со мной на руках, в комнату, где недавно ночевал сам. Я хотела сказать, что кровать здесь скрипит и заметно уже моей, только, стоило опуститься вместе на тонкое покрывало, разговоривать расхотелось.
Накрыв собой, Роберт привлек ближе, водя руками по спине. Поцеловал – и мои податливые губы тут же распахнулись навстречу приятному напору. И если по ту сторону стен ощущалась прохлада дождливой ночи, то в комнатке, пропахшей сырой древесиной и свежей листвой, было тепло, даже жарко – наверное, потому что я никак не могла оторваться от него... Роберт целовал так долго, страстно, позволяя смаковать до опьянения, вдыхать до головокружения. Касания его языка беззастенчиво напоминали о том, как другая часть тела проникала в меня снова и снова – и я опять горела, болела им, томилась каждой клеточкой. Казалось, моя жажда неутолима. Я никогда не смогу напиться им и с каждым глотком хочу все больше.
Он отстранился лишь на мгновение, позволив перевести дыхание, и мой затуманенный взгляд скользнул по лицу, которое было так близко. Эти колдовские глаза, вобравшие дерзкое буйство стихии и незамутненную глубину океанской воды, пронизанной солнечными лучами, эти соблазнительные губы, вкусней которых я не знала... Испытывая сумасшедшую тягу дотронуться, я протянула руку к его щеке – только неожиданный поцелуй задержал кончики моих пальцев. А потом Роб медленно втянул два из них в рот и пососал. Крупная дрожь тут же пронеслась по телу и сладким спазмом сжала низ живота. Это было слишком эротичное зрелище, не говоря уже об ощущениях. Мощный приток крови заставил меня шумно втянуть воздух и сильнее сжать бедра Роберта своими. Кожа его, моя, покрылась испариной, только мы медлили, доходя то последней черты. Той, за которой чувства обострялись до предела. Где открывалось другое измерение.
Тяжесть его тела на моем, откровенное желание, горячий мужской запах, путавший мысли... Не в силах больше терпеть, я невольно всхлипнула, поерзав, только Роб, вопреки ожиданиям, в тот же момент ловко перевернулся, увлекая за собой. Где-то на задворках притупившегося сознания сразу всплыли прошлые сомнения. Быть настолько открытой... готова ли я?
- Роберт, может... лучше будет по-другому...
Лежа поверх него, в плотном кольце рук, впервые я испытала мучительную неловкость – и это сейчас, уверенная в своей и его любви, после всего, что мы вместе пережили, после всех страстных схваток и нежнейших мгновений!
- Так тебе... – неминуемо краснея от его молчания, невнятно продолжила я. И тут же замерла от удовольствия, когда, настойчиво водя ладонями по ягодицам, Роберт сильнее прижал к себе.
- Мне что? – выдохнул он, сместив одну руку выше, к моей груди.
- Все... вид...
Ласкающие круговые движения заставили, сорвавшись на полуслове, невольно дернуться и ухватиться за металлическую спинку кровати.
- Я и хочу все видеть.
Его язык неспешно прошелся по моей шее, до мочки уха. А когда Роб легонько ее прикусил, вызвав новую волну трепета, я зажмурилась, закусив губу.
- Чего ты боишься? – спросил он едва слышно. Только, совершенно не помогая работе мысли, его бедра при этом почти неуловимо, но очень эротично подавались навстречу моим.
- Боюсь, что... выгляжу не очень... – он чуть развел пальцы, захватывая между ними напрягшийся сосок, – ты же понимаешь... без...
- Смотри на меня.
Мне было трудно сделать это – при всей нежной требовательности его тона.
- Смотри, - повторил Роб.
На миг я застыла, нависнув над ним, тяжело дыша, и послушно открыла глаза.
- Ты хоть представляешь, как сейчас красива? Как я хочу тебя? – Взгляд, полный желания, обожания, не отпускал. Роберт уже любил меня им.
Рука, погладив сладко ноющую грудь, спустилась ниже, посылая по чувствительной коже обжигающие токи. Кажется, я прохныкала что-то нечленораздельное, больше себя не контролируя, и тогда, с отчетливо проскользнувшей в голосе улыбкой, он добавил:
- Dolce sciocchina**.
Вспыхнув, я попыталась освободиться, но Роберт, приподняв колени, не позволил.
- Надо же, как далеко продвинулся в изучении итальянского.
- Я вообще способный. - Дыхание прервалось, когда, умело поглаживая пальцами, он в очередной раз, как бы невзначай, чуть не довел меня до оргазма. - Знаешь, когда злишься, ты...
Порывистое движение навстречу – и его веки чуть прикрылись, скулы дрогнули. Я скользнула разведенными бедрами по его бедрам, его возбуждению, коснулась. Мое сумасшедшее желание достигло наивысшей точки, а потом жарко плеснулось через край, когда Роберт положил руку поверх моей и, мягко направив, помог принять его. Наши глаза встретились в момент, когда невозможно было больше ждать, думать, говорить – так я увидела отражение того, что чувствовала сама. Совершенным, чистым, настоящим. Разбились все неправильные зеркала.
Руки нашли друг друга, пальцы переплелись... И время замерло. Время стало нами. Это было похоже на танец, медленный, плавный. Полуночная румба любви. Еще движение, и еще... Волна за волной, такт за тактом – и ни одного фальшивого. Лунный свет, прорываясь сквозь облака, заливал комнату ясным сиянием, делая все очертания более четкими и, вместе с тем, нежными. Роберт смотрел то мне в лицо, то на груди, то туда, где соединялись наши тела. На его на лбу застыли капельки пота, отчетливо проступили две напрягшиеся вены... И только сейчас я заметила, что он с трудом сдерживается, сжимая челюсти, хрипло дыша.
Вот же! Снова собрался «ждать, сколько нужно»?
- Перестань быть джентельменом, - склонившись, улыбнулась я и припала к подрагивающим губам жадным поцелуем. Наши едва слышные стоны встретились на полпути, горячим вином растекаясь по венам, когда, усиливая нажим, он стиснул мне ягодицы. Мой Роберт. Ты прекрасное стихийное бедствие. Ногти, чуть выступающие над подушечками пальцев, до приятной боли впились в кожу, бедра приподнялись навстречу... Ощутив его еще глубже в себе, я ахнула, вцепившись в подушку. Влажный рот сомкнулся на моем соске, делая дрожь удовольствия нестерпимой. Еще несколько несдержанных толчков – и, задыхаясь, я кончила одновременно с ним, неожиданно бурно и до бесстыдства громко.

Легкий ветерок приятно холодил кожу, тонкий серп юной луны озарял ставшее ясным ночное небо, а мы, утомленно прильнув друг к другу, все не разнимали переплетенных рук и ног. Буйство природы стихло, осталась лишь ночь – свежая, тихая. Чистые слезы ушедшего дождя бриллиантами вспыхивали на веточках, оконных рамах.
Лежать, впитывая это блаженное умиротворение, когда кажется, будто слышишь звон невидимых колокольчиков – словно летать во сне. Смыкая веки, ощущаешь лишь свободу и невесомое, но всеобъемлющее счастье.
- Тебе хорошо? – полусонный шепот защекотал кожу плеча. Кончики пальцев почти неуловимо обвели контур бедра, коснулись спины.
- Мог бы подобрать более значимое слово, - поглаживая волоски на его груди, отозвалась я. – Мне ведь не просто хорошо, Роб. Вот если б еще кровать не скрипела...
Он рассмеялся, коротко, облегченно, и теснее прижал к себе.
- Чего не заметил, того не заметил.
Не удержавшись, я скользнула губами по его подбородку и поцеловала мальчишескую улыбку, потом яркий румянец щек, который в последнее время так редко наблюдался на публике, зато во всем очаровании вспыхивал для меня, во время интимных моментов и откровенных разговоров.
- Прости, что отдалилась. Не знаю, как объяснить... – уткнувшись носом ему в шею, неожиданно призналась я.
- Нужно было б догадаться. Только с тобой ничего нельзя знать наверняка, - его голос, нежно баюкая, усыплял бдительность, но на самом деле звучал не менее виновато, чем мой. – Я боялся обидеть, поспешить. И убедил себя, что так будет лучше.
- Лучше кому? Я думала, ты больше не хочешь меня. Что твои чувства... другие.
- Они и есть другие. Но это не то, что ты подумала.
Чуть приподнявшись, чтобы видеть лицо Роберта, я встретила взгляд – такой волнующий, что перехватывало дыхание, такой пронзительный, что сердце рисковало не выдержать нарастающего темпа собственных ударов.
- Я не знаю, как правильно сказать тебе это.
- Скажи... неправильно. Только скажи.
Кончики длинных пальцев скользнули по моей щеке, и я не вздрогнула, не отстранилась, даже понимая, что он касается места, где был теперь уже почти невидимый след от пореза. А потом Роб заговорил – прерывисто, тихо – и каждое слово проникало в меня, чтобы остаться навсегда...
- Ты моя обожаемая. Родная. Я ношу ощущение тебя с собой, всегда. Помню, как ты улыбаешься, злишься на меня, плачешь, как вздрагиваешь от слова «перелет», как перестаешь дышать, впуская меня в себя, и, сама того не замечая, прикусываешь губу, когда взволнована. Вот как сейчас...
Я прикрыла глаза, запоздало понимая, что слезы бегут по щекам и остановить их уже невозможно.
- С тобой я нашел себя. С тобой многое понял – как сильно можно скучать, ревновать, болеть душой, а еще боготворить прикосновение. Для самых глубоких чувств в моей жизни не было сценария, они просто пришли, случились, когда я меньше всего ждал.
Казалось, я никогда не смогу произнести хоть что-то связное в ответ. Прижавшись к груди Роберта, я даже не осознавала, что плачу, в то время как он гладит ладонями спину и прижимает так, что почти нет возможности вдохнуть... Любовь играла мне колыбельную на струнах лунного света, слезы очищали. Мы чуть покачивались, обнявшись, и монотонный скрип кровати вливался в мелодию ночи, уносящую все дальше от печального лондонского блюза.

Я не засыпала, скорее, грезила или дремала в теплых объятиях Роба. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем захотелось снова открыть глаза. Очень осторожно высвободившись из кольца его рук, я какое-то время по любимой привычке лежала рядом, вглядываясь в него спящего. Ладонь несколько раз приближалась к расслабленному, ангельски-красивому лицу, только замирала на полпути и возвращалась, боясь потревожить. От понимания, что он спит так безмятежно, потому что счастлив, сердце мое пело. Поднявшись с постели, я, казалось, даже не почувствовала пола под ногами. Бесшумно приблизилась к окну и забралась на подоконник.
Я смотрела в ночь, на небо, и в то же время будто видела себя со стороны – девушку, сидящую обнаженной на широком карнизе, притянув колени к груди. Ей не было холодно, она просто боялась расплескать свое счастье, которое от переизбытка иногда скатывалось по щекам слезинками. Она все еще слышала эхо самых прекрасных на свете слов. Она останавливалась на каждом, зажмуривалась, не в силах поверить, но не смея не верить. Ей хотелось выбежать на улицу голышом и смеяться, раскинув руки, хотелось, чтобы поскорее взошло солнце, и новый день принес ей новую улыбку любви, хотелось набрать букет полевых цветов, приготовить нехитрый завтрак, искупаться вдвоем в речке...
- Ты красивая.
Хриплый от сна голос прилетел к ней, как поцелуй. В шею, а может, в кончики ресниц... Слова, которые она слышала не так уж редко и которые становились необыкновенными только когда их произносил он. Не поворачиваясь, она, в этот момент снова ставшая мною, ощущала на себе его взгляд – и теперь видела себя его глазами.
- И знаешь... ты выглядишь счастливой.
Улыбка тронула мои губы, и показалось, что капельки дождя, застывшие на ветках и листьях, засияли еще сильней. Я посмотрела Роберта, вытянувшегося на постели – его руки по-детски обхватывали подушку, к которой прижималась щека, зато сбившаяся простынь едва прикрывала бедра и длинные ноги.
- Наверное, потому что я счастлива.
Кажется, он не нашелся, что сказать, но молчание говорило само за себя. Неохотно отвернувшись, я снова залюбовалась спокойной гармонией ночи. И понимала, что в этот момент Роберт любуется мной.
- Знаешь, я часто пытался вспомнить самую первую мысль, ощущение, связанные с тобой. Но мыслей не было. Это больше походило на ослепление. Тогда, в первый раз в Монтепульчано... От меня отвели прожектор, только я не почувствовал разницы. Ты стояла неподалеку, у машины с реквизитом, в легком сарафанчике, который носило ветром, как и пряди твоих волос... Во время перерыва я обошел все технические установки с другой стороны, чтобы незаметно приблизиться, хоть понимал, что затеряться в толпе, в моем-то случае, невозможно. Но в тот раз повезло.
Такая внимательная «тайная агентша», оказывается, упустила из виду главное. Я нравилась ему. Значит, это не было совпадением.
- Неужели правда?
- Да, - неловко хмыкнул Роберт. – Я оказался прямо за тобой, и... в общем, завис. Не решился ни выйти, чтобы хоть что-то сказать, ни притвориться, что оказался там по делу. Просто глупо стоял и смотрел, как ты пьешь лимонад. Черт, я безнадежно завидовал той бутылке. Знаю, звучит по-идиотски.
- Нет, совсем нет...
Знал бы, что происходит с женщинами, когда пьешь ТЫ!
- И... капельки пота на твоей шее. В тот раз я впервые захотел снять их губами.
- Ты никогда не рассказывал об этом.
- Наверное, на меня странно влияет луна. Сегодня как раз новолуние...
- Что же было дальше? – стараясь не выглядеть слишком любопытной, спросила я. А перед глазами, вместо мирного пейзажа за окном, проплывали будоражащие воображение картинки из итальянского городка...
- С того момента я стал, как одержимый. Ждал съемок, чтобы снова увидеть тебя. Чувствовал себя все более неловким. Твои короткие открытые сарафаны напрочь выбивали мысли из головы и заставляли терять дар речи.
- Там многие девушки в таких ходили, жара же...
- Но видел-то я только тебя. Ты лишала меня сна три ночи подряд, пока не... Те съемки, дубли, раз за разом. И... ты поняла.
Не хотелось запоздало конфузить его откровением, что поняли в первую очередь все техники, сплетничавшие в перерыве.
- Только даже в самых смелых фантазиях я не мог подумать, что всё произойдет так.
От его слов меня накрыло горячей волной. Спустя годы, при том, что наша первая близость обошлась без стеснения и прелюдий, вылившись в чистейшую страсть, вдруг теперь, именно теперь, я почувствовала себя такой взволнованной, такой смущенной его словами и тем воспоминанием. Это было дерзко, безрассудно и, кажется, совершенно безумно...
Следующие слова прозвучали уже рядом с моим ухом, посылая по телу легкие искорки.
- Солоноватый вкус твоей кожи навсегда отпечатался в памяти, как твой запах... Пусть и подсознательно, на инстинктах, но уже тогда ты была моей.
Он провел рукой от плеча к груди, коснулся дыханием шеи, окутывая негой. Я медленно повернулась, спуская ноги с подоконника, чтобы мягко притянуть ими Роба, и тут же прильнула губами к его губам, подаваясь ближе, чувствуя обнаженным телом его тело. Пальцы перебирали короткие волосы на его затылке, поцелуй тонул в поцелуе. Роберт приподнял мое колено, скользя рукой по внутренней стороне бедра. Желание снова накатывало на меня гигантской волной, сердце бешено колотилось. Но в то же время каждое движение, каждая ласка сейчас были полны чувственной неспешности. Он, будто впервые, изучал мое тело, я будто впервые, открывалась ему. Казалось, что ближе быть уже нельзя, так тесно, нежно мы обнимали друг друга, так сладко любили, так тонко улавливали любое желание, любой порыв. В эту ночь, в эту близость, он действительно постиг мою душу. И не было ничего прекраснее тех долгих, глубоких, интимных мгновений.

Роберт еще спал, когда, потянувшись, я поднялась с кровати и, подхватив с пола его мятую рубашку, с наслаждением накинула ее. Вдыхая любимый запах, какое-то время смотрела на «засоню», не в силах перестать улыбаться. Потом пошла на маленькую кухоньку, думая, чего бы приготовить на завтрак. Подивившись тому, что со вчерашней ночи не видела Миху, насыпала в его миску сухого корма и распахнула окно. Свежее солнечное утро было ослепительным. Оно сияло золотом лучей и яркой зеленью, радовало безупречной лазурью неба и теплотой очищенного дождем воздуха.
Стараясь не греметь, я достала сковороду, включила кофеварку. Еды в холодильнике оставалось немного, потому раздумья начались и закончились обычной яичницей с беконом, к которой прилагались последние два помидора. А на десерт будут тосты со свежесваренным кофе. Очень кстати в комнате заскрипела кровать (надо же, эти звуки стали казаться мне милыми!), и, кинув на сковородку нарезанный бекон, я разлила кофе по чашкам.
- Привет, - заспанный голос донесся от распахнутой двери раньше, чем я ожидала.
- Привет, - повернув голову, с улыбкой ответила я. Видеть Роберта после сна – сплошное очарование, чреватое для женского сердца самыми сентиментальными порывами. У меня защипало в носу при виде полосок от подушки на его щеке, затуманенного взгляда и чуть припухших губ.
Он подошел, обнял сзади за пояс, потершись о щеку колючим подбородком. Я чуть не вбила яйца мимо сковородки, когда он поцеловал в шею.
- Ты кушать хочешь?
- Хочу, конечно.
- Вот раз «конечно», не дразни меня. Лучше пока поищи Миху. Я его давно не видела.
- Не переживай, он весь в меня – джентельмен. Не стал мешать, понимаешь? – хмыкнул Роберт.
- Ты уже как скажешь, - покачала я головой, подтолкнув его локтем в бок. – Поищи, он же голодный.
- Можно подумать, я не голодный, - повел плечом Роб, заставив меня засмеяться. – Но так и быть.
В одних джинсах, подкрученных до коленей, он в скором времени появился на улице и тут же перегнулся через подоконник для короткого поцелуя. Стянув с тарелки один из оставшихся помидоров, рассмеялся и заверил:
- Скоро вернемся.
Ступая босыми пятками по траве, Роберт направился к изгороди. Несколько раз присвистнул, окликая пса. Когда, расставив приготовленную еду на столе, я в очередной раз выглянула в окно, в поле зрения никого не было. Куда же они подевались? Только бы с Михой ничего не случилось...
Начиная неврничать, я пошла к двери, быстро спустилась по ступеням. И тут со стороны небольшого сада до меня донеслись очень странные звуки – они напоминали бурчание-рычание, громкое хлюпанье, недовольное бормотание и приглушенный смех одновременно. Рванувшись туда, я сразу вспомнила про вырытую у изгороди канаву непонятного предназначения, откуда и слышалась вся эта какофония. Резко остановившись у самого края, я с трудом удержала равновесие и... замерла, не зная, плакать или смеяться.
Прямо на дне неглубокой ямы, после ночного ливня превратившейся в липкое месиво, лежал Роберт, при каждой попытке встать скользивший обратно, по груди которого топтался черный, как сама ночь, Миха и, радостно тряся лапами и хвостом, посылал брызги грязи хозяину в лицо.
- Ох... – я зажала рот руками и поняла, что безудержно хохочу только в тот момент, когда услышала шутливо-укоризненное:
- Ну о-о-очень смешно.
- Вы безнадежные грязнули!
- Я-то причем? Этот пес помешан на грязи. И вот, какой кайф – целое болото нашел. Тьфу ты! – с последними словами Роберт выплюнул что-то изо рта.
Даже понимая, что поступаю «нехорошо», я уже никак не могла остановиться, смеясь все громче.
- Может, все-таки поможешь мне?
- Ну уж нет... - с трудом смогла произнести я, утирая выступившие слезы. – Ты же меня туда затащишь. Вылазьте сами, два джентельмена.
- Ладно, нагни тогда вон ту ветку, - насупился Роб, но я видела, что это игра.
- Мужчина в грязи – что может быть эротичнее, - глядя, как его пятки при каждой попытке выбраться съезжают обратно, добавила я.
- Погоди, ты у меня дождешься...
- Давай, Миха, держи! – со смехом поощряла я чумазое создание с блестящими глазами, тянущее Роба за штанину.
- Все, противная шавка, запру в чулане и будешь там сидеть чистым и скучным, - бурчал Роберт, упрямо выбираясь на спасительную траву. – И этот дурень у меня получит – надо ж вырыть неизвестно что!
- Известно – это чтобы «Самый стильный мужчина по версии журнала Glamour» там вывалялся.
- Так... ну все, кажется, вы напоролись, дамочка.
Поняв, что Роб уже не в канаве, а стоит на твердой земле, я ойкнула и, смеясь, понеслась к дому. Слышала, что он бежит за мной, радовалась тому, как утренняя роса холодит ноги и ветерок обвивает лицо... Уже через мгновение Роберт, не тормозя, обхватил меня руками, и, завалившись на траву, мы пару раз перевернулись. Он накрыл меня собой и принялся целовать, специально водя ладонями по щекам, плечам, коленям.
- Вот так то, - довольно констатировал он через некоторое время и потерся чумазым кончиком носа о мой нос. – Будешь знать, как звать меня грязнулей.
- Я была неправа.
- Правда? – он недоверчиво вскинул бровь.
- Угу. Ты не грязнуля, не джентельмен, не самый стильный мужчина, ты – ходячая катастрофа!
- Ах вот оно что!
Возмутившись такой наглостью, он стал меня щекотать. Я отбивалась, как могла, задыхаясь от смеха и, ухудшая положение, попробовала «исправиться»:
- То есть, лежачая на мне катастрофа!
Где-то в домике ждал давно остывший завтрак, солнце в безоблачном небе разгоралось все ярче, закрытые бутоны цветов тянулись к теплу нового дня, а мы, перепачканные, голодные и счастливые, хохоча, катались по траве, в то время как Миха, звонко лая, бегал вокруг.

......................................................................................................................................

* (моя)

**(сладкая глупышка)

Еще одна понравившаяся мне песня, и видео, которое неожиданно очень вдохновило!



Спасибо всем, кто прочел новую главу! Буду очень рада отзывам, здесь и на форуме. Надеюсь, понравится, подарит ощущение счастья... и улыбнет)



 
Источник: http://only-r.com/forum/38-261-3
Из жизни Роберта Марина Гулько gulmarina 604 7
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа    

Категории          
Из жизни Роберта
Стихи.
Собственные произведения.
Герои Саги - люди
Альтернатива
СЛЭШ и НЦ
Фанфики по другим произведениям
По мотивам...
Мини-фанфики
Переводы
Мы в сети        
Изображение  Изображение  Изображение
Изображение  Изображение  Изображение

Поиск по сайту
Интересно!!!
Последние работы  

Twitter          
Цитаты Роберта
"...Нельзя быть верным на сколько-то процентов, только на все сто."
Жизнь форума
❖ Пятьдесят оттенков сер...
Fifty Shades of Grey
❖ Вселенная Роба-7
Только мысли все о нем и о нем.
❖ Флудилка
Anti
❖ Только для тебя... вид...
Очумелые ручки.
❖ Игра с убийцей
Герои Саги - люди (16+)
❖ Позитифф
Поболтаем?
❖ Dior и Роберт Паттинсо...
Клубы по интересам.
Последнее в фф
❖ Назад к реальности. Гл...
Из жизни Роберта
❖ Назад к реальности. Гл...
Из жизни Роберта
❖ Я буду ждать... Глава ...
Из жизни Роберта
❖ Невеста Дракона. Часть...
Герои Саги - люди
❖ Невеста Дракона. Часть...
Герои Саги - люди
❖ Я буду ждать... Глава ...
Из жизни Роберта
❖ Я буду ждать... Глава ...
Из жизни Роберта
Рекомендуем!
1
Наш опрос       
Оцените наш сайт
1. Отлично
2. Хорошо
3. Ужасно
4. Неплохо
5. Плохо
Всего ответов: 223
Поговорим?        
Статистика        
Яндекс.Метрика
Онлайн всего: 14
Гостей: 9
Пользователей: 5
Maiya GASA анна барон Солнышко


Изображение
Вверх