Творчество

Мое сердце пристрастилось к тебе. Вечер четвертый, переходящий в утро
30.11.2022   23:34    
Мое сердце пристрастилось к тебе

Вечер четвертый, переходящий в утро


Алеющее марево заката медленно гасло в небе и отражении на поверхности моря. Я опустошила банку коктейля и сейчас отстранённо размышляла: выкинуть ли её здесь или забрать с собой. Засорять природу не хотелось, тащиться к мусорному контейнеру было лень.
Ещё пять минут назад я рыдала, не заботясь о том, что меня кто-то может услышать. Впрочем, здесь, на пустынном участке пляжа вероятность встретить кого-либо стремилась к нулю, а потому я, упав на песок, позволила себе полностью отдаться чувствам, которые раздирали меня на части. В итоге мозг решил, что хозяйке грозит помутнение рассудка, а потому решил её отвлечь и занять серьезными размышлениями о судьбе банки.
Я всхлипнула и смяла жестянку в кулаке. Три дня назад я не знала о существовании этого парня с острыми скулами. Что такого произошло за эти три дня, что совершенно незнакомый человек, с которым мы не обменялись и десятком понятных слов, вдруг влез мне под кожу и заполнил всё моё существо? Это какое-то сумасшествие, иначе не назовёшь. Кому рассказать, не поверят. А поверят – покрутят пальцем у виска.



«Успокойся, – шептала я самой себе. – Приди в себя. Что в нём такого? Красивый? Мало ли на свете красивых парней?»
Красивых парней на свете было много. Красивых азиатов с экзотической внешностью тоже хватало. Не меньше было порядочных, которые не изменяют невестам перед свадьбой. Предостаточно тех, кто говорил бы на одном со мной языке. Так почему при виде именно этого смуглого парня так отчаянно билось сердце?
Ещё сегодня утром я была спокойна. Честно. Проснулась в полном смирении с ситуацией. Я понимала, что мы с ним всего лишь коснулись друг друга краями своих судеб. У каждого из нас отдельная жизнь, и мы пойдем дальше каждый своим путём. Это маленькое приключение, которое останется в памяти скорее, как фантазия, чем реальное событие. А может быть, и вовсе забудется, как нечто случайное и мимолётное.
Что ж, хорошо. Пусть так. Но мне доставляет удовольствие просто его видеть: обрисовывать взглядом совершенные черты, мысленно целовать чувственные губы, медленно умирать, вспоминая его прикосновения, и задыхаться от трепета бабочек в животе. Я хочу смотреть на него, впитывая маленькие мгновения вечности. Я не помешаю ему, не потревожу, никак не выдам. Я всего лишь хочу напоследок надышаться им.

С этими мыслями я и отправилась на пляж в предвкушении, что он будет там, вновь предаваясь своему любимому занятию – сёрфингу. В конце концов, он же уже несколько дней не катался на волнах.
Возможно, я надеялась, что он придёт туда ещё и по той причине, что сам захочет увидеть меня. В каких-то других местах было маловероятно увидеться, а пляж – самое посещаемое место на курорте. Я даже внутренне готовилась встретить его вместе с девушкой, и считала, что не дрогну.
Увы, на пляже он так и не появился, хотя я периодически меняла место в надежде, что наткнусь на него. Тот факт, что он не посчитал нужным хотя бы издали увидеть меня, – и это после того, как катал меня вчера на плечах и горячо целовал, – конечно же поверг меня в уныние. Значит, не настолько я ему интересна, как мне показалось.

Когда мне надоело плавиться от жары, я решила вернуться в номер, чтобы слегка отдохнуть. Но как только я зашла в холл отеля, то почти сразу нос к носу столкнулась с парнем. Он был не один. По правую руку от него шла та самая азиатка, а слева немолодая красивая женщина тоже с восточной внешностью. Они переговаривались и выглядели очень довольными. Девушка не обратила на меня никакого внимания, когда проходила мимо. Возможно, не узнала во мне ту, что так бесцеремонно вторглась в номер к её парню. Женщина, естественно, тоже не взглянула на меня, потому что понятия не имела, кто я. А вот он меня увидел. Но на мгновение встретившись со мной взглядом, тут же отвел его и, улыбаясь, что-то сказал немолодой женщине. Она тоже улыбнулась в ответ и благодушно погрозила ему пальцем. Интересно, это его мать или будущая свекровь?



Они прошли почти рядом. Но он больше не взглянул на меня. Как будто я была для него никем. Как будто не мне он вчера рассказывал что-то, что его волновало, как будто не его губы прижимались к моим, и не его сердце гулко билось под моими ладонями.
Этот факт испортил мое настроение еще больше. Да, я понимала, что никто ему. Я осознавала, что он не хочет дать понять своим спутницам, что знаком со мной. Я ни на что не претендовала. Но разве сложно было хотя бы на несколько секунд дольше задержать на мне взгляд и сделать его тёплым, а не таким безразличным?

Проходя мимо стойки ресепшена, я услышала, как немолодой мужчина говорит тому самому администратору, у которого я пыталась узнать, в каком номере живёт мой незнакомец:
– Гостей на свадьбе будет около двухсот человек. Думаю, подойдёт зал с выходом к пляжу. Он наиболее отвечает требованиям…
Администратор в этот момент заметил меня и воскликнул:
– О, прошу прощения, я совсем забыл передать вашу просьбу! Но, кажется, Вы столкнулись с мистером Ли на входе… Вы уточнили у него насчет тех наушников? – и обращаясь к немолодому мужчине, пояснил: – Девушка нашла вещь, которая предположительно принадлежит господину Ли, но вас не было, и мы не смогли уточнить.
Видимо, его собеседник был тем самым переводчиком с корейского. Меня обварило. Господи, а если они действительно расскажут моему незнакомцу обо всём?
– О, всё в порядке! – улыбнулась я, стараясь изо всех сил, чтобы мой голос звучал беспечно, хотя колени задрожали, а ладони вспотели. – Оказалось, что эти наушники принадлежат другому человеку. Так что нет необходимости беспокоить мистера Ли.
– Да? – озадаченно переспросил администратор. – Ну что ж, хорошо. Я рад, что ситуация разрешилась.
Он снова повернулся к немолодому мужчине, и они продолжили обсуждать подготовку к свадьбе.
На ватных ногах я двинулась к лифту.

Вернувшись в номер, я попыталась отвлечься, в том числе и с помощью алкоголя, но парень никак не хотел покидать мои мысли. А такая знакомая обстановка номера только добивала, потому что память услужливо подкидывала картинки вчерашнего вечера. Вот тут незнакомец стоял, на эти подушки укоризненно глядел, за этот косяк я пыталась уцепиться, когда он тащил меня к двери, а вот здесь он взял меня за руку и переплёл наши пальцы.
И он женится. Теперь мои предположения получили подтверждение. О чьей ещё свадьбе мог говорить переводчик?
Каждое воспоминание, каждая мысль острыми иголками втыкались в сердце. В итоге, чертыхнувшись, я покинула номер и направилась в ресторан отеля. Напиваться можно в любом месте, но по крайней мере там меня не будут мучить воспоминания.

Так как для ужина было немного рановато, к бутылке вина я заказала лёгкий салат, чтобы не выглядеть совсем уж пьянчужкой. Когда я употребила достаточное количество алкоголя, немного притупившего боль, то позволила себе немного расслабиться и окинуть взглядом зал. Вечерело, а потому ресторан наполнялся посетителями. Справа от меня за столиком расположились три парня, которые, как я заметила, периодически поглядывали на меня. Я не льстила себе, фантазируя о том, что их так заинтересовала моя внешность. Своим опытным мужским взглядом они определили во мне легкодоступную жертву. Сижу одна и напиваюсь. Понятное дело, что у меня разбито сердце, а потому пара комплиментов, несколько слов сочувствия, немного заботливых жестов, и вот она я, растаявшая, падаю в чьи-то руки. Может, в какой-то иной ситуации я даже бы воспользовалась этим, чтобы заглушить горечь, поселившуюся на языке и в сердце. Вон тот, который сидел прямо ко мне лицом, выглядел достаточно симпатичным – тоже черноволосый, хотя и с европейскими чертами лица. В какой-то иной ситуации… Но не сейчас. Сейчас любой мужчина вызывал лишь чувство брезгливости, так как был не тем, кто случайным взглядом восточных глаз похитил моё сердце. А потому я делала вид, что не замечаю их пристального интереса.

Когда я серьезно опьянела, и мир уже не казался средоточием печали, я подумала, что пора и честь знать. Мне завтра рано вставать, чтобы успеть на самолет, а вещи ещё не собраны. Но только я хотела подозвать официанта, как дверь открылась, и в ресторан вошел тот, кто уже целых три дня занимал мои мысли. Увы, он снова был не один.
Официант после недолгих переговоров провёл их к столику, который находился в небольшой нише. Расположение этой ниши скрывало его от общего зала, но с моего места он хорошо просматривался. Мистер Ли сел ко мне лицом, спутницы, молодая и не очень, расположились по обе его руки. Просмотрев меню, он поднял голову, чтобы сделать заказ, и вот тут встретился глазами со мной. Моё сердце сделало кульбит и застряло где-то в горле, а парень невозмутимо перевел взгляд на официанта и, вежливо улыбнувшись, сообщил тому о своём выборе. Потом уже с более тёплым выражением лица обратился к немолодой женщине. Та расцвела в ответ.



Он же видит меня! Понятно, что он не станет перед невестой и, возможно, свекровью демонстрировать свою симпатию к посторонней женщине. Но неужели я настолько ему безразлична, что его не тянет даже хотя бы изредка, будто случайно взглянуть на меня? То, что вчера было, всего лишь незначительная интрижка? А может, таких интрижек у него была не одна?
Как часто со мной случалось, обида резко сменилась злостью. Ах так? Хорошо. Пусть не думает, что мне есть до него дело!

Я, наполнив бокал, чуть повернулась и, будто между прочим, заинтересованным взглядом стрельнула в сторону той троицы, что расположилась справа от меня. О, они ещё не знали, с кем связались. В затеянной ими игре я была не менее опытным игроком.
В итоге тот самый парень, что показался мне наиболее симпатичным, встал и медленно подошёл к моему столику.
– Я вижу, что такая красивая девушка скучает одна. Позволите присоединиться?
Начало было стандартным, отчего захотелось поморщиться.
– Я не слишком интересная собеседница, – улыбнулась я. – Но если вас это не пугает...
– С такой красивой девушкой не может быть скучно, – с воодушевлением заверил он меня.
Он был предсказуем до невыносимости. Но приходилось терпеть ради одного зрителя с азиатской внешностью.
Мой гость предложил заказать ещё выпивки, я согласилась, хотя давно уже превысила свою норму. Но было бы странно отказываться. Пока Джим, который уже успел представиться, сыпал банальными фразами, я, стараясь делать это незаметно, поглядывала в сторону столика в нише. Мой незнакомец развлекал своих спутниц гораздо успешнее, чем это делал мой сосед в отношении меня. Обе дамы от души смеялись и вообще разговор за их столиком был очень воодушевленным. А я, усиленно делая вид, что мне льстят комплименты Джима, молча страдала. Глупо, знаю. Но мне сейчас до боли хотелось быть там, за тем дальним столиком. Сидеть напротив азиатского бога, видеть его невероятные глаза, тёплую улыбку, обращённую ко мне, слушать его голос, пусть даже не понимая ни слова из того, что он говорит. От осознания, что это невозможно, что он больше недоступен, было ещё невыносимее.Я, наполнив бокал, чуть повернулась и, будто между прочим, заинтересованным взглядом стрельнула в сторону той троицы, что расположилась справа от меня. О, они ещё не знали, с кем связались. В затеянной ими игре я была не менее опытным игроком.
В итоге тот самый парень, что показался мне наиболее симпатичным, встал и медленно подошёл к моему столику.
– Я вижу, что такая красивая девушка скучает одна. Позволите присоединиться?
Начало было стандартным, отчего захотелось поморщиться.
– Я не слишком интересная собеседница, – улыбнулась я. – Но если вас это не пугает...
– С такой красивой девушкой не может быть скучно, – с воодушевлением заверил он меня.
Он был предсказуем до невыносимости. Но приходилось терпеть ради одного зрителя с азиатской внешностью.

Мой гость предложил заказать ещё выпивки, я согласилась, хотя давно уже превысила свою норму. Но было бы странно отказываться. Пока Джим, который уже успел представиться, сыпал банальными фразами, я, стараясь делать это незаметно, поглядывала в сторону столика в нише. Мой незнакомец развлекал своих спутниц гораздо успешнее, чем это делал мой сосед в отношении меня. Обе дамы от души смеялись и вообще разговор за их столиком был очень воодушевленным. А я, усиленно делая вид, что мне льстят комплименты Джима, молча страдала. Глупо, знаю. Но мне сейчас до боли хотелось быть там, за тем дальним столиком. Сидеть напротив азиатского бога, видеть его невероятные глаза, тёплую улыбку, обращённую ко мне, слушать его голос, пусть даже не понимая ни слова из того, что он говорит. От осознания, что это невозможно, что он больше недоступен, было ещё невыносимее.

Тот, что сидел рядом, решил, что время пришло, и накрыл мою руку своей:
– Здесь довольно душно. Может быть, мы покинем ресторан и пойдём подышим свежим воздухом?
Я мило улыбнулась ему, как будто собираясь согласиться, а потом словно случайно взглянула на часы:
– О, господи, я и не заметила, что уже так поздно! Муж уже, наверняка, вернулся со своих деловых переговоров. Что ж, спасибо за компанию! Мне было очень приятно! Всего хорошего!
Я махнула официанту, быстро расплатилась, стараясь не усмехнуться в растерянное лицо своего незадачливого ухажёра, потом встала и ещё раз мило попрощалась. Парню пришлось вернуться за столик к своим друзьям, а я быстро покинула зал, больше не взглянув в сторону компании в нише.
Но в номер я не пошла. Да, мне уже было тяжко находиться в ресторане, где один надоедал глупыми приставаниями, а другой совершенно не обращал внимания. Но и возвращаться в четыре стены было выше моих сил. Я купила в баре банку коктейля и отправилась на ту часть берега, где редко бывали люди. Я и раньше приходила сюда. Здесь пляж был не таким обустроенным, зато можно было побыть в одиночестве.

И вот я сидела, упивалась коктейлем и жалостью к себе. Наконец, решив, что мне уже достаточно, коли меня начали занимать такие важные мысли о судьбе металлических изделий, я поднялась с песка и начала отряхиваться.
– Смотрите, кто это у нас тут! – услышала я насмешливый голос и обернулась.
Хотя было уже достаточно темно, я сразу узнала ту троицу, что глазели на меня в ресторане. А голос принадлежал, конечно же, Джиму.
– И где же наш муж? – саркастически поинтересовался он, надвигаясь на меня. – Ещё не вернулся со своих переговоров?
Я невольно отступила. Вечер, кажется, переставал быть томным.
– Но ничего, – продолжал скалить зубы парень. – Пусть он не переживает. Мы позаботимся о том, чтобы его жена не скучала. Правда ведь, ребята?
Те согласно закивали.
– Ребята, – заговорила я, стремясь придать голосу уверенности. – Не советую меня трогать. У меня действительно есть муж. Мы с ним немного поругались, поэтому я и сидела в одиночестве, но это ничего не значащая ссора. А он достаточно влиятелен, чтобы доставить вам неприятности, если вдруг с его женой что-то случится.
Конечно, я блефовала и сомневалась, что они мне поверят. Не в том состоянии, в котором находились они: подвыпившие и раздосадованные. Но у меня было мало вариантов, так что приходилось предпринимать хоть что-нибудь.
– А разве с его женой что-нибудь случится? – удивился Джим. – Мы просто развлечёмся. Жена нам еще спасибо скажет, что мы её утешили. А мужу об этом и вовсе не обязательно знать.
Он снова сделал шаг навстречу. Двое других начали окружать меня. Я отскочила назад, споткнулась и упала. Попыталась подняться, но кто-то толкнул меня, и я опрокинулась навзничь. Кто-то, кажется, Джим всей тяжестью навалился на меня.
«Доигралась», – мрачно подумала я и закричала, понимая всю бессмысленность этого.
Никто меня здесь не услышит.

«Идиотка, – мысленно ругала я себя, сопротивляясь изо всех сил. – Из-за парня, которому до меня нет никакого дела, влипла в паршивую историю. Продинамила Джима, но слишком расслабилась и недооценила его обиду. И что теперь?»
Исход был предрешен. Что могла одна я противопоставить трём мужчинам? Ничего. Ну ладно, пусть даже одному, потому что двое просто стояли рядом и смотрели. Они не вмешивались, не трогали меня, но я понимала, что, если даже удастся скинуть с себя Джима, сбежать мне всё равно не дадут. Я уже не кричала, экономя силы, и продолжала трепыхаться из чистого упрямства.

Неожиданно сила, придавливающая меня к земле, исчезла. Я приподняла голову, но заметила лишь, как сверкнули в последних лучах закатного солнца ботинки Джима, пока он делал пируэт в воздухе. Причиной его такого странного поведения оказался высокий парень, который содрал напавшего с меня и придал ему направление и скорость. Я подумала, что глаза меня обманывают, потому что тот, кого я видела перед собой, никак не мог быть здесь. Он должен был либо продолжать сидеть в ресторане, либо в номере со своей девушкой.
Пока я растерянно пыталась оценить свою способность адекватно воспринимать реальность, а научившийся летать Джим барахтался в мокром песке, его друзья бросились на моего защитника. Я вскрикнула от страха за парня, но тот неожиданно подпрыгнул, развернулся в воздухе и ногами ударил в грудь сразу обоих нападавших. Хотя он тоже опрокинулся навзничь, но мгновенно вскочил, словно его подбросило пружиной, и почему-то бросился в мою сторону. Видимо, из-за того, что его внимание было направлено на меня, он пропустил кулак Джима, уже успевшего подняться. Удар заставил моего защитника отшатнуться. Он оступился и снова упал. Я отчаянно закричала. Парень вновь моментально оказался на ногах, но троица начала его окружать. Срочно нужно было что-то предпринимать. Как бы ни был хорош в бое мой азиатский бог, но враги превосходили количеством.

Пользуясь тем, что мужчины были заняты друг другом и не обращали на меня внимания, я кое-как поднялась и, выхватив телефон из кармана, закричала:
– Я звоню в полицию!
Все четверо, к тому времени уже стоявшие в боевых позах, обернулись ко мне. Мой спаситель молча протянул ко мне руку, как бы подзывая, но продолжая пристально наблюдать за действиями остальных. Они нападать не торопились, видимо, чувствуя в нём опасного противника. Я, обогнув троицу по большой дуге, приблизилась к нему. Он тут же задвинул меня за свою спину.
Выглянув из-за него, я демонстративно приложила телефон к уху.
– Стой! Подожди! – воскликнул Джим. – Он что… реально твой муж?
– Конечно! – подтвердила я, мысленно молясь, чтобы моему спасителю не было известно слово «муж», и он не начал возражать.
– Прости, парень, – сказал Джим, обращаясь к моему «супругу» и поднимая руки, словно сдаваясь. В этот момент он выглядел внезапно протрезвевшим. – Не нужно полиции. Возникло некоторое недопонимание. Мы решили, что эта девушка… – он осекся. Видимо, хотел сказать что-то нехорошее в мой адрес, но внезапно передумал. – Ладно, неважно. Это недоразумение. Мы приносим свои извинения. Давайте обойдемся без полиции. Мы уходим.

Я была уверена, что мой защитник не понимал, о чем ему говорят, но по тону и жестам догадался, что они стремятся прекратить конфликт, поэтому мотнул головой, как бы предлагая им испариться.
Они сделали несколько шагов назад, не сводя с него глаз, но видя, что он не пытается их преследовать, развернулись и, сорвавшись на бег, быстро растаяли в темноте.
Мой спаситель развернулся ко мне, схватил за плечи, встряхнул так, что у меня клацнули зубы, и начал эмоционально говорить. Даже без знания корейского было понятно, что он на меня ругается. На его скуле темнел кровоподтёк, безупречно уложенные ранее волосы растрепались, а одежда вся была в песке и глине. Наверное, я все же двинулась головой, потому что в этот момент подумала, что он никогда ещё не казался красивее. Повинуясь внезапно нахлынувшим непонятным чувствам, я прошептала:
– Прости! Прости, что я все порчу. Я понимаю, что это неправильно, что так не бывает, что мы не знаем друг друга, что у тебя есть невеста, но… я так тебя люблю!



Он осёкся и молча смотрел, как моя ладонь приближается к его щеке, а потом внезапно обхватил меня обеими руками и прижал к себе так сильно, что на секунду мне показалось, я не смогу дышать. А затем забормотал что-то мне в волосы, и конечно же, я не понимала ни слова, но его интонация говорила мне, как сильно он испугался за меня. Хотя, может быть, я всего лишь выдавала желаемое за действительное.
Он замолчал, но продолжал все так же держать меня в своих руках, а я, прижатая к его груди, слушала, как стучит его сердце, постепенно замедляя ритм, как выравнивается дыхание и расслабляются мускулы.
Чувствуя себя защищённой в его объятиях, я быстро пришла в себя, а потому начала более трезво мыслить. Надо было бы вызвать стражей порядка или хотя бы охрану отеля, но я сомневалась, что стоит это делать. Ведь моему спасителю придётся давать показания, и его девушка узнает о том, что он вместо того, чтобы быть с ней, на пустынном береге ночью защищал меня.



Парень наконец разжал руки, но тут же взял мою ладонь и повёл за собой.
– Подожди, – позвала я.
Он вопросительно взглянул на меня. Я показала ему телефон и спросила, надеясь, что он знает это слово:
– Полиция?
Он, видимо, знал, потому что чуть поморщился и отрицательно покачал головой. Понятно. Полиция ему ни к чему. Я вздохнула и поплелась за ним.
Когда мы почти добрались до отеля и оказались на освещённом месте, парень остановился и, оглядев меня со всех сторон, начал отряхивать от песка. Он молчал, зная, что я всё равно его не пойму, но я вдруг осознала, что несмотря на это он кажется мне невероятно близким, будто я знаю его много лет. А может, благодаря этому? Мы не использовали речь, как положено разумным существам, нам приходилось довольствоваться мимикой, интонацией, языком тела и поступками. Но именно по этой причине то, что между нами происходило, казалось более реальным, настоящим, первобытно искренним. Чувства, очищенные от шелухи слов и правил поведения, навязанных обществом, ярко сверкали в своей откровенной наготе.
А может, я все себе придумала.

Мой азиатский бог продолжал сосредоточенно приводить мою одежду в порядок, но, по моему мнению, выглядел куда хуже меня. Я лишь вывалялась в песке, и можно было списать мой непрезентабельный вид на то, что я оступилась и упала. А вот по нему было заметно, что он побывал в переделке. На когда-то белой рубашке оторвались пуговицы, взлохмаченные волосы вряд ли можно было пригладить, а щека мало того, что сочилась кровью, так к тому же и начала опухать.
– Как же мы зайдём в отель? – скорее размышляя вслух, чем спрашивая у него, произнесла я.
А сама подумала, что ему будет трудновато оправдаться перед своей девушкой. И снова по моей вине.
Он вопросительно посмотрел на меня, не поняв реплики, но видимо, уловив обеспокоенность в голосе. И как же ему объяснить?

Я подняла телефон, который продолжала держать в руке все это время, и сфотографировала его. Он отшатнулся и нахмурился. Мне показалось, что ему неприятно то, что я сделала.
Я повернула к нему экран и показала фотографию, а затем поводила пальцем, указывая на проблемы в его внешности, а затем на отель и покачала головой. Он, кажется, понял меня. Оглядел себя и кивнул. Затем снова взял меня за руку и повёл за собой, изменив маршрут.
Мы пришли к чёрному ходу, которым пользовался обслуживающий персонал. Парень подёргал ручку, но не выглядел расстроенным, когда дверь не поддалась. Отодвинулся вместе со мной в тень и прижал палец к губам, призывая к тишине. Мы молча ждали непонятно чего, а я неожиданно подумала, что счастлива. Укутавшая нас теплом ночь, легкий аромат морского бриза, а рядом мужчина, держащий меня за руку и готовый, невзирая ни на что, встать на мою защиту. Это мгновение хотелось сохранить в памяти как драгоценную жемчужину.

Ждать пришлось не очень долго. Дверь открылась, и какая-то женщина вышла оттуда. Она, не заметив нас, направилась по своим делам, а мы скользнули за её спиной ко входу. Парень успел перехватить дверь до того, как она закрылась. Мы вошли внутрь и, проскочив
быстро по узкому коридору, свернули на лестницу. Мой спутник отлично ориентировался, и я подумала, что он наверняка пользовался этим входом неоднократно. Когда мы поднялись до этажа, на котором находился мой номер, я потянула парня, пытаясь остановить. Он снова вопросительно приподнял брови.
Я махнула рукой:
– Давай зайдем ко мне. Приведёшь себя в порядок.
Он взглянул в ту сторону, куда я указывала, как будто засомневался, потом отрицательно покачал головой.
– Почему? – удивилась я.
Или он не понял меня, или его что-то смутило в моем предложении. Может быть, он не хотел быть замеченным, ведь нам пришлось бы пройти через весь этаж к другому крылу отеля.
Парень задумался, но видимо так и не найдя способа объяснить, снова покачал головой и потянул меня за собой.

Мы продолжили подниматься по лестнице. Куда он меня ведет? Где ещё он может придать себе приличный вид? В свой люкс? Но ведь там его невеста! А может, он тащит меня специально, в качестве алиби? Скажет, например, что вступился за незнакомую девушку, на которую напали хулиганы. А может, он ведёт меня в номер той немолодой женщины? Может, это его мать, и он попросит её помочь нам, не выдавая невесте?
Пока я гадала, мы поднялись на очередной этаж. Парень толкнул дверь, и мы с чёрной лестницы вышли сначала в подсобные помещения для прислуги, а затем и в коридор, где располагались номера. Парень выглянул из-за угла, убедился, что никого нет, а затем практически пролетел оставшееся расстояние до своего люкса.

Он привёл меня к себе! Сердце моё заколотилось от тревоги. Как его девушка отреагирует на меня? Вдруг узнает и закатит ему сцену ревности? Я уповала на то, что для азиатов европейцы кажутся на одно лицо. Пока я пыталась унять сердцебиение, мой спутник достал ключ-карту и открыл дверь, а потом чуть ли не втолкнул меня внутрь. В номере было темно. Парень щёлкнул выключателем и, чуть усмехнувшись, сделал пригласительный жест рукой. Что-то вроде: «Заходи и будь как дома». Я в смятении взглянула на него, а потом начала расстегивать сандалии, желая потянуть время. Он избавился от обуви быстрее, прошел вперёд и зажёг свет в гостиной, а затем вернулся за мной, так как я мялась в прихожей, опасаясь сделать шаг. Он снова взял меня за руку и повёл по апартаментам, толкая каждую дверь, встречающуюся на пути и щёлкая выключателями. Словно хотел показать, что больше нигде никого нет. Что мы здесь только вдвоём.
Я подняла на него глаза. Он в ответ насмешливо улыбнулся, и я решила, что он устроил эту экскурсию, потому что понял, чего я боялась.

Куда делись его женщины? Ушли погулять? А вдруг скоро вернутся? Словно в ответ на мои мысли, он подвёл меня к гардеробу, открыл его и провёл рукой по висящим на плечиках вещам. Все они оказались мужскими. Это уже было серьёзное заявление.
Куда он отправил невесту? Отселил в другой номер? Или она вообще уехала? Вряд ли. Он бы отправился провожать её в аэропорт и уж точно не смог бы в это время спасать меня. Так что, видимо, снял для неё другой номер. Но… зачем? Планировал ли он что-то… со мной? Он неожиданного предположения сердце подпрыгнуло так, что застряло в горле.
«Дурочка, успокойся. Хватит фантазировать. Вряд ли это связано с тобой. Скорей всего, по правилам невесте до свадьбы нежелательно жить в его номере. Может быть, он отселил девушку, когда приехала та немолодая женщина, которой могло не понравиться вольное поведение молодых».

Пока я восстанавливала дыхание, парень вернулся к ванной комнате, которую показывал несколькими минутами ранее, и поманил меня. Я подошла. Он что-то произнес, указывая на полки с принадлежностями, полотенце, и в конце концов на халат. Понятно: предлагает всем этим воспользоваться.
– Спасибо, – сказала я.
Он улыбнулся, заправил мне за ухо прядь волос, отправив мое сердце в нокаут, и снова ответил по-корейски своё «Не за что». Если это было оно.

***

Вода не успокаивала. Я нервничала, пытаясь понять, чего хочет парень, сидящий в номере и ожидающий, пока я приму душ. Он всего лишь дал мне возможность привести себя в порядок? Но я могла прекрасно это сделать и в собственном номере. А эта его экскурсия, в процессе которой он позволил увидеть, что мы в номере одни? Что она означала? Но особенно волновал вопрос: как вести себя мне? Ждать ли какой-то инициативы от него, чтобы подстроиться? Или открыто показать собственные желания? Мысль о том, что через несколько часов я исчезну из его жизни навсегда, подстегивала к принятию весьма рискованных решений.
В итоге, смущенно затянув пояс халата потуже, я открыла дверь из ванной комнаты все в том же раздрае чувств и с полным хаосом в голове.

Хозяин номера сидел в гостиной, а перед ним на столике стояли закуски, фрукты и даже вино. Уже успел заказать. От испачканной одежды он избавился, натянул спортивные штаны и футболку и даже привел в относительный порядок волосы. Вполне возможно, лишь для того, чтобы не стыдно было показаться обслуживающему персоналу.
Когда я вышла, держа в руках стопку своих пострадавших от нападения вещей, он поднял на меня глаза, и в его взгляде промелькнуло что-то, что я не смогла понять. Но он тут же сверкнул своей мальчишеской улыбкой, встал и показал на диван и столик, что можно было расценить как: «Присаживайся и угощайся».
– Спасибо, – сказала я, растерянно оглядываясь и не зная, куда положить свое побывавшее в переделке платье.
Парень направился в сторону ванной комнаты, но проходя мимо, ловко выдернул у меня из рук сверток. Я вспыхнула, боясь, что из сложенного платья выпадет тщательно спрятанное нижнее белье, но, слава богу, обошлось. Парень же положил мои вещи в ванной, а потом вдруг направился в прихожую и вернулся оттуда с моими сандалиями.
Я удивленно посмотрела на него, а он, усмехнувшись, подмигнул мне и снова указал на диван, затем на себя и выставил пять пальцев, а потом вместе с моей обувью скрылся за дверью ванной.

Я невольно улыбнулась. Теперь его действия стали понятны: он хотел, чтобы я дождалась его и не вздумала удрать в то время, пока он будет принимать душ – в течение пяти минут, если я правильно расценила значение растопыренной ладони.
Я уселась на диван и взглянула на столик. Есть без хозяина было неудобно, хотя после всех произошедших событий аппетит у меня разгулялся, тем более что в ресторане я съела лишь легкий салат, да и было это уже довольно давно. А вино? Зачем оно здесь? Парень ведь ясно дал понять, что не любитель таких напитков. Он заказал его для меня? Честно говоря, в голове до сих пор было туманно от выпитого ранее, так что вряд ли мне стоило добавлять ещё, но само присутствие заказанного ради меня алкоголя наводило на фривольные мысли, что только еще больше смущало.
Не знаю, прошло пять минут или больше, но я даже отдаленно не справилась с распутыванием узлов в своих мыслях, когда дверь ванной открылась и оттуда вышел хозяин номера... В одном полотенце на бедрах. Это был удар сразу по всем органам чувств. Он что, издевается? Как я должна на это реагировать?



Замерев и, кажется, даже перестав дышать, чтобы себя не выдать, я как загипнотизированный кролик, смотрела на полуобнаженного мужчину, направляющегося в мою сторону. Я и раньше видела его почти раздетым на пляже, его красивое тело и тогда вызывало сильные эмоции. Но сейчас, в тишине номера, усиливающей интимность, наедине со мной и прикрытый небольшим кусочком ткани, он являл собой воплощение искушения. Я боялась, что не могу с собой совладать, что поведу себя каким-то совершенно неприемлемым образом, а потому попыталась отвести взгляд от его торса. На удивление мне это удалось, но каких же внутренних усилий потребовало! Я совершенно не понимала, чего азиатский бог от меня ждёт, и опасалась попасть в дурацкое положение, неверно расценив его поведение.
Хозяин номера как ни в чём не бывало подошёл и сел на диван рядом со мной. Я невольно вскинула на него глаза, пытаясь по выражению лица понять, что он планирует делать дальше. И вот тут-то наконец заметила пластырь на его скуле.
Это же надо! Так пялилась на его гладкие грудь и живот, что так и не увидела лица. Парень, слегка усмехаясь, протянул мне аптечку и повернулся спиной.

Ах, вот в чем дело! Я слегка перевела дух. Он не оделся не потому что пытался меня спровоцировать, а лишь хотел, чтобы я помогла ему заклеить ссадину чуть ниже лопатки. Видимо, когда он падал во время драки, поранился о камень или нечто подобное.
Чуть успокоившись, я обработала ранку и налепила пластырь в нужное место. Наверное, я чересчур сильно прижала и причинила ему боль, потому что он издал какой-то странный полувздох-полустон и слегка выгнулся в пояснице.
Зря он это сделал.
Мои и так до безобразия обостренные чувства не выдержали нового испытания, и я, совершенно не отдавая отчёта в своих действия, наклонилась и поцеловала его спину.

Он замер. Не просто перестал двигаться, а как будто в одно мгновение застыл, превратившись в камень. Я испуганно отстранилась, понимая, что перешла черту.
Парень, словно в замедленной съёмке, повернулся ко мне. Теперь он не улыбался. Его и без того тёмные глаза, казалось, потемнели ещё больше. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, расслабил, снова сжал. Злится на меня?
Он что-то тихо спросил.
– Не понимаю, – виновато ответила я.
Парень прикрыл веки, будто досадуя на мою непонятливость. Хоть я и была в растерянности, но непроизвольно, словно эти мысли мне не принадлежали, подумала, насколько красивы изгибы линий его ресниц. Я настолько погрузилась в любование, что вздрогнула, когда он резко открыл глаза. Их выражение казалось немного мрачным, но твёрдым, как будто он решился на что-то, в чём до этого сомневался.

Забыв как дышать, я смотрела в его медленно приближающееся к моему лицо. Он пристально смотрел на меня, а затем его взгляд переместился на мои губы и снова вернулся к глазам. Он как будто спрашивал разрешения или пытался понять, как я реагирую на его действия. Я бессознательно подалась ему навстречу, совсем чуть-чуть, на долю миллиметра. Скорее, это было намерение, а не движение. Но, видимо, этого хватило.
Он мгновенно сократил расстояние, его рот обрушился на мой. Этот поцелуй не был похож на вчерашние. Это был жадный натиск. Я задохнулась под атакующими меня мужскими губами, растворилась, рассыпалась на осколки, и они зазвенели, запели пронзительными нотами неверия и счастья.
Его руки обхватили мою голову, словно он боялся, что я отодвинусь, но у меня не было такого желания. Наоборот, я осторожно, боясь сделать что-то неправильно, обняла его, мои ладони прижались к его обнаженной спине. Он застонал мне в рот. Я испугалась, что снова сделала ему больно, но он не отстранился, лишь его поцелуи стали более жаркими, а потом я почувствовала, что одна его рука переместилась на пояс моего халата и слегка потянула его.

Я замерла, не зная, как реагировать. Конечно, я этого хотела, но правильно ли будет так поступить? Может быть, я должна отказать?
То ли почувствовав мои колебания, то ли сомневаясь сам, парень наконец оторвался от моего рта, пристально посмотрел на меня и снова что-то спросил. Его взгляд скользил по моему лицу, будто он пытался по выражению понять ответ. Может быть, хотел знать, согласна ли я на продолжение? А я согласна?
Я, закусив распухшую губу, мысленно обрисовала его идеальные черты, отметила взволнованность и какую-то ... суровость? А потом осторожно кивнула. Будь что будет.
В то же мгновение он подхватил меня на руки и понёс в спальню. Наверное, я все-таки правильно поняла его вопрос.

Видимо, халат и полотенце были из снега и растаяли от жара тел, оставив после себя влагу на коже. Во всяком случае, мне так показалось, так как я не запомнила момента раздевания. В памяти осталось совсем другое. Маленький едва заметный шрамик под правой скулой, темный засасывающий омут зрачков и чёрная прядь, завесившая от меня гордо изогнутую правую бровь. Сильные пальцы на внутренней стороне моего бедра, лопатки, двигающиеся под моими ладонями и бархатный голос, шепчущий мне на ухо что-то совершенно непонятное, но от этого ещё больше завораживающий. Хаотичный набор совершенно на связанных друг с другом обрывков воспоминаний, который почему-то вызывал где-то в глубине меня ощущение необъятного оглушительного восторга.

***

Дыхание долго не могло прийти в норму. От пульсации крови шумело в ушах. Я лежала в его объятиях, его сердце билось под моей щекой, но почему-то казалось, что он сейчас где-то далеко. Он молчал, я тоже. Конечно, мы и раньше мало говорили из-за языкового барьера, но сейчас эта тишина казалась гнетущей. Начали закрадываться не очень приятные мысли о том, что наверное всё-таки нам не стоило это начинать. Может быть, я его разочаровала? Может быть, он упрекал себя? Что бы там ни было, выглядело всё это не очень. Моя эйфория улетучилась, и вместо неё в душе поселились тревога и вина. Наверное, нужно было бы встать, одеться и уйти, оставив его наедине со своими мыслями. Может быть, без меня ему стало бы лучше. Но он не разжимал рук, и я малодушно надеялась, что он хотел бы, чтобы я осталась.
Я повернула голову и попыталась взглянуть в его лицо. Он сразу среагировал, прикоснулся губами ко лбу и слегка улыбнулся. Улыбка показалась мне натянутой.
– Наверное, мы дураки, да? – это был риторический вопрос. – Всё испортили. Или, скорее, я все испортила.



Его напускная радость чуть угасла, он приподнял брови в немом вопросе. А может, я не права? Может, это меня мучает чувство вины, поэтому я придумываю то, чего нет? Может, у него с настроением все в порядке, а он всего лишь устал и хочет спать... Или, получив желаемое, ждёт, когда же я уйду, но из вежливости не форсирует события.
Наверное, мне и правда, пора. Тем более вещи ещё не собраны. Я попыталась выбраться, предполагая, что он сразу разомкнет объятия. Он позволил мне выскользнуть из его рук и принять сидячее положение, но и сам сел на кровати. Приподняв пальцами мой подбородок, заглянул в лицо. Задал короткий вопрос. Наверное: «Что случилось?» Я покачала головой и растянула губы, демонстрируя весёлость. Не знаю, поверил ли он, но потянувшись к тумбочке, взял халат и протянул мне. Я свесила ноги, повернувшись к нему спиной, оделась и завязала пояс. Слыша сзади шорох, боялась повернуться, предполагая, что он может не захотеть, чтобы я видела его полностью обнажённым. Неважно, что мы только что были так близки, теперь я чувствовала лишь неловкость. Наверное, пора и честь знать. Только в чём мне идти? Не надевать же грязную одежду? А в халате по коридору отеля как-то не очень прилично. Хотя... Я ведь всё равно уезжаю.

Бочком, чтобы случайно не бросить взгляд на хозяина номера, я двинулась к выходу из спальни.
Далеко я не ушла. Взвизгнув от неожиданности, взлетела в воздух, а потом осознала, что парень подхватил меня на руки. Улыбаясь так, что у меня от его вида защемило сердце, он подмигнул и понёс в гостиную, где аккуратно усадил на прежнее место на диване. И сел рядом. Он снова был в одном полотенце.
– Нет, я пожалуй, пойду, – пробормотала я, пытаясь встать.
Он мне не позволил. Удержал за руку, наигранно нахмурился и ткнул пальцем в блюда на столе:
– Ешь.
Это я так перевела для себя его высказывание, конечно, не поняв его слова.

Вздохнув, потянулась к винограду. Он пододвинул ко мне блюдо с канапе. Под его пристальным взглядом я взяла одну шпажку, но лишь покрутила в руках. От испытываемой неловкости есть не хотелось. Парень взял бутылку вина и наклонился налить мне. Я запротестовала и накрыла кромку бокала ладонью. Мою руку молча убрали, и темно-красная жидкость забулькала, наполняя прозрачную посуду. Я хмуро посмотрела на нахала с экзотическим разрезом глаз, а потом взяла его бокал и поставила рядом со своим, ткнув в него пальцем.
– Наливай себе тоже!
Парень, явно забавляясь, отрицательно покачал головой.
– Нет уж, будешь пить! – возмутилась я. – Раз меня заставляешь, значит, и сам обязан!
Я попыталась отобрать у него вино, но он высоко поднял бутылку. Я вскочила на ноги, а он, смеясь, всего лишь отвёл руку в сторону, и я снова не смогла дотянуться.
– Эй, так нечестно! – закричала я.
А этот наглец взял и показал мне язык. От неожиданности я прыснула со смеху. Стало весело и невероятно легко.

Сдаваться я не собиралась, продолжая наседать на него, но теперь это уже приобрело форму игры. Я пробовала то наклониться в нужную сторону, то опиралась на его плечи, стремясь приблизиться к цели, пока вдруг не оказалась на его коленях, с которых мне уже не позволили подняться.
Я замерла, уставившись в его глаза. Он, не отводя от меня взгляда, поставил бутылку на стол, а вместо неё взял полный бокал. Поднёс его к моим губам. Я сжала зубы и отрицательно покачала головой. Тогда парень чуть усмехнулся и сам отпил. От удивления я потеряла бдительность и расслабилась. В тот же момент мужской рот прижался к моему приоткрывшемуся, и теплое вино полилось мне на язык. Сладость его губ смешалась с горчинкой напитка, интимность действия заставила мою чувственность обостриться до предела. И совершенно не к месту я вдруг подумала: «Как же я буду дальше жить... Без него?»

Забыв про вино, мы какое-то время упоенно целовались. Вдруг парень прервался, снял меня с колен и усадил рядом, а потом несколько грубовато что-то произнес. Похоже, предлагал все-таки поесть.
Я немного смутилась, не понимая, чем вызвала его недовольство, но за еду принялась. Он тоже.
Я машинально отправляла в рот все по очереди, почти не ощущая вкуса, потому что в голове снова начали крутиться разные мысли. Может быть, мне стоит уйти? Может быть, он вспомнил, что может заявиться его невеста? Или просто устал и хочет лечь спать, но из вежливости считает своим долгом меня накормить? Снова вспомнилось его поведение, когда он проходил мимо и даже не задерживал на мне взгляд. А потом и то, как на него реагировали женщины, и что он наверняка привык к такому вниманию. И что он обо мне думает? Навязалась какая-то... Ну ладно, пошел навстречу, доставил удовольствие. А теперь сидит и с нетерпением ждет, когда же я, наконец, уйду.
Я искоса взглядывала на сидящего рядом парня. Он, как мне показалось, так же машинально отправлял в рот еду, глубоко погрузившись в свои думы, и судя по всему, думы эти были не из веселых. Приняв решение быстро поесть и сразу же уйти, я налегла на деликатесы, больше не глядя на него, чтобы лишний раз не расстраиваться.
И в этот момент в дверь постучали. Испугавшись, я вскинула глаза на парня. Он, показалось, тоже выглядел встревоженным. Кто это мог быть? Маловероятно, что персонал отеля. Зачем им будить постояльца среди ночи? Оставался маленький шанс на то, что это какой-то случайный человек, по ошибке постучавший не в тот номер, но логичнее было допустить, что пришел кто-то из близких людей, кто был уверен, что ночью ему будут рады. Кто-то из его женщин. А тут я...

– Мне спрятаться? – шепотом спросила я, жестами проиллюстрировав свои слова.

Парень кивнул и указал на спальню. Я схватила свой недопитый бокал, парень тут же сунул мне в другую руку бутылку, а чистый бокал убрал со стола. Получается, его женщины в курсе, что он или совсем не пьет, или не пьет вино, и поэтому бутылка на столе сразу покажется подозрительной. Это я подумала, уже закрыв за собой дверь спальни. Прислушиваясь к происходящему в номере, продолжала размышлять: почему он велел мне спрятаться именно здесь? Потому что уверен, что гостья не зайдет в эту комнату? Странно, откуда такая уверенность? Хотя, конечно, он мог, например, сначала отправить невесту в ванную, а меня тем временем вывести из номера.
Мне показалось, что хозяин номера с кем-то разговаривает, но было плохо слышно, и я не могла различить голоса. Скорее всего, это его девушка, но уверенности не было. На всякий случай я застелила кровать, чтобы случайно заглянувшая гостья ничего не заподозрила.

Не знаю, сколько прошло времени – мне показалось, что целая вечность. Неожиданно дверь открылась. Я испуганно отшатнулась, но за ней оказался лишь хозяин номера, который махнул мне рукой, предлагая выходить. В гостиной никого не оказалось. Надеюсь, что и в ванной было пусто. Я вопросительно взглянула на парня, он лицом показал, что все в порядке. Судя по всему, кто бы к нему не приходил, он этого гостя спровадил. Я заметила, что волосы у него были мокрые. Видимо, для того, чтобы показать тому, кто пришел, что он принимал душ и поэтому находился в одном полотенце.
Настроение у меня упало на отметку ниже нуля. Вся эта ситуация казалась крайне неприятной, а я чувствовала себя так, будто совершила преступление. На самом деле так оно и было. Лучше бы он признался своей невесте, так было бы честнее. Пусть бы она устроила мне скандал, но на душе стало бы спокойнее...
«Ага, – сказала я себе. – Навязалась ему, а теперь хочешь, чтобы он разрушил свои отношения из-за тебя?»
К прочим переживаниям добавилось чувство вины. Лучше бы он не заботился обо мне. Не танцевал со мной на яхте, не закрывал от ветра, не пытался поднять мне настроение. Пусть бы единственным, что нас связывало, остался его пренебрежительный взгляд в первый вечер на пляже. Мне было бы обидно, но зато на языке не чувствовалась бы горечь, лишь легкое сожаление о том, что могло случиться, но не произошло.
– Я пойду, – сказала, показывая жестами.
Он кивнул. Из ванной я забрала свою одежду и сандалии. Потом посмотрела на халат, в который была облачена. Придется идти в нем. Вряд ли в коридоре так уж много людей среди ночи, а если кто меня и увидит, не страшно. Все равно завтра меня уже в отеле не будет. Но как я верну халат владельцу? Конечно, это собственность отеля, но она останется в чужом номере. Вопросительно взглянула на хозяина люкса, указав на свое одеяние. Парень махнул рукой.
Я прекрасно понимала, что тяну время. Хотелось еще хотя бы несколько лишних мгновений побыть рядом с ним. Потому что больше никогда...
– Прости, – сказала я, вздохнув, и, направившись в прихожую, начала застегивать обувь.
Он молча стоял рядом, опустив руки.
Наконец я выпрямилась и в последний раз взглянула в его идеальное лицо. Выражение его мне показалось странно уязвимым. Наверное, когда страсть улеглась, и в голове прояснилось, он начал сожалеть о том, что произошло.
– Посмотри, нет ли кого в коридоре, – попросила я, объясняя жестами свою речь.
Он подошел к двери, открыл ее и выглянул наружу. Потом повернулся и задумчиво посмотрел на меня.
– Что? – растерялась я.
Неужели в коридоре стоит его девушка, желая поймать нас с поличным?
Он прикрыл дверь и снова защелкнул замок.
– Что такое? – пролепетала я.
Пристально глядя на меня, произнес что-то едва слышно, как будто голос ему не подчинился.
– Я не понимаю, – простонала я.
Please... – он словно мучительно подбирал слова. – Don’t go...
Мое сердце оборвалось. Мне таких огромных усилий стоило заставить себя уйти. И что теперь? Несколько слов, которые едва ли можно разобрать из-за сильного акцента, и я готова продать свою душу дьяволу. Я готова на все, если мужчина, стоящий передо мной, действительно во мне нуждается.
Ослабевшие руки не смогли удержать вдруг неожиданно потяжелевшую одежду. Отстраненно я наблюдала, как испачканное платье развернулось, и из него вывалилось мое нижнее белье. Стыдно не было. Всего лишь трусики с бюстгальтером, оказавшиеся на обозрении... Такая сущая мелочь, когда в этот момент рушатся горы, поворачивают вспять реки, взрываются звезды, а я ... До пронзительного отчаяния понимаю, что хочу остаться. Хочу быть с ним. Всегда.

Парень присел на корточки, бережно сложил детали мои одежды, аккуратно свернул в прежнее положение. Положил себе на колени, чуть пододвинулся и начал расстегивать мои сандалии. Придержал за щиколотку, заставляя вынуть ногу. Я покачнулась, чтобы не упасть, оперлась о его обнаженные плечи.
«У меня скоро самолет», – мысль как появилась, так и исчезла, оставив после себя неясное недоумение. Будто она была чужой.
Я уже приняла решение.
Он попросил меня не уходить. Пусть только сегодня, но я ему нужна. А значит, весь остальной мир может лететь к черту.
Мой азиатский бог выпрямился во всем своем великолепии, нависнув надо мной; не глядя, на какую-то полку положил сверток с моей одеждой. Затем наклонился ко мне так, что все поле зрения заполнили темные омуты его необычных глаз. И снова что-то сказал.
Его голос был нежным, а еще в нем звучала боль.
А может, мне это всего лишь показалось.
Я приподнялась на цыпочки и обвила его шею руками.
– Я не знаю, что ты говоришь, но сегодня я останусь с тобой, – пообещала я.
Наверное, он меня понял. Потому что поцеловал.

***

«Опоздаешь, – увещевал меня разум. – До отлета осталось всего ничего».
«Еще несколько секунд», – мысленно отвечала я, любуясь совершенными чертами мужчины, лежащего рядом со мной.



Его расслабленное во сне лицо казалось безумно притягательным, и я в который раз отдергивала руку. Так хотелось обвести его выразительные брови, гордый профиль и невероятно чувственные губы. Но я боялась его разбудить.

Наконец, заставив себя выбраться из кровати, я поискала в тумбочке и наткнулась на блокнот, испещренный странными палочками и кружочками. Вырвав чистый листок, принялась писать. Я понимала, что моя записка совершенно бессмысленна, ведь мужчина, которому она была адресована, не умел читать по-английски и был достаточно осторожен, чтобы не обращаться за переводом к чужому человеку. Но пусть у него останется на память обо мне хотя бы непонятный клочок бумажки.
А может быть, он его сразу выкинет.

Тихо ступая, я натянула обувь, схватила свой сверток в прихожей, осторожно открыла дверь и так же тихо за собой ее прикрыла.

Через пару часов я уже сидела в самолете, выруливающем на взлетную полосу. Так как ночью я не сомкнула глаз ни на секунду, мерный гул двигателей быстро убаюкал меня.

Мне снилось, как возле здания аэропорта затормозил красный кабриолет с помятым крылом, и высокий молодой человек с азиатскими чертами лица вбежал внутрь. Остановившись в центре, он взволнованно озирался вокруг, словно кого-то искал. Во сне я очень переживала за него, надеясь, что он встретит ту, которую ждет.




Источник: http://www.only-r.com/forum/36-597-1
Собственные произведения. Солнышко (Светлана) Солнышко 80 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа    

Категории          
Из жизни Роберта
Стихи.
Собственные произведения.
Герои Саги - люди
Альтернатива
СЛЭШ и НЦ
Фанфики по другим произведениям
По мотивам...
Мини-фанфики
Переводы
Мы в сети        
Изображение  Изображение  Изображение
Изображение  Изображение  Изображение

Поиск по сайту
Интересно!!!
Последние работы  

Twitter            
Цитаты Роберта
"...Я получил множество отрицательных рецензий. Конечно, меня это ранит и заставляет сомневаться. Когда кто-то говорит мне, что я плохой актер, я не возражаю, я знаю, что мне есть над, чем поработать. Но когда кто-то говорит, что я урод, я не знаю, что сказать. Это, как… знаете, что? Это, правда меня ранит."
Жизнь форума
❖ Вселенная Роба - 12
Только мысли все о нем и о нем.
❖ Флудилка 2
Opposite
❖ Суки Уотерхаус/Suki Wa...
Женщины в жизни Роберта
❖ Мое сердце пристрастил...
Собственные произведения (16+)
❖ Batman/Бэтмен
Фильмография.
❖ Мнения, высказывания, ...
Интервью разобранные на "кусочки"
❖ Талия Дебретт Барнетт ...
Женщины в жизни Роберта
Последнее в фф
❖ Мое сердце пристрастил...
Собственные произведения.
❖ Мое сердце пристрастил...
Собственные произведения.
❖ Мое сердце пристрастил...
Собственные произведения.
❖ Мое сердце пристрастил...
Собственные произведения.
❖ Завтра в одиннадцать н...
Собственные произведения.
❖ Завтра в одиннадцать н...
Собственные произведения.
❖ Парнишка с гитарой
Стихи.
Рекомендуем!

2
Наш опрос       
Какой стиль Роберта Вам ближе?
1. Все
2. Кэжуал
3. Представительский
4. Хипстер
Всего ответов: 243
Поговорим?        
Статистика        
Яндекс.Метрика
Онлайн всего: 2
Гостей: 1
Пользователей: 1
natalya_kulikova91


Изображение
Вверх