Творчество

Точки и паузы. Глава 3. Не смотри на меня так...
24.02.2017   22:31    
Я теряю голову, не смотри на меня так.
Твои глаза что-то пытаются мне сказать сегодня.
Как никогда в моей непорочной жизни
Я заинтересован в продолжении.
Это все - в линиях твоей судьбы,
Это в твоем сердце...

Scorpions - You and I


POV Роберт
Мне было так хорошо в моем личном беспамятстве…
Там не болела разбитая голова, там не стекали по саднящему лицу струйки крови, там целый и невредимый байк весело мчал меня по живописным горным дорогам, там целые стада белых кроликов беспечно паслись на изумрудно-зеленых лужайках… Определенно, я хотел бы задержаться там подольше!

Но когда я последний раз получал то, что хотел? Что-то даже сразу не припомню… Вот и сейчас, нисколько не сообразуясь с моими истинными желаниями, какой-то жестокосердный человек упорно тормошит меня, возвращая к печальной действительности, а его тихий глуховатый голос настойчиво зовет меня, разгоняя анестезирующую тьму:

- Сэр, вы слышите меня? Можете говорить? Что с вами произошло?

Ох, придется, видимо, ответить. Ибо по-хорошему невидимый обладатель встревоженного голоса не отвяжется!

- Я… Я как бы.. упал с велосипеда. – произнес я непослушными губами. Черт, ну и голос у меня, скриплю, как педали несмазанного байка. – Кажется, ударился головой.

Прохладные руки легкими касаниями ощупали мою многострадальную голову, пробежались по лицу. Удивительно, но мне казалось, будто в местах их прикосновений надоевшая боль чудесным образом утихает. Нет, Паттинсон, ты определенно бредишь!

- У вас огромная шишка на затылке, но голова цела. И, похоже, есть несколько ран на лице. Держитесь, все будет хорошо! Сейчас я вызову службу спасения.

Вот черт! Прилив ужаса, который я испытал от этих слов, вмиг прочистил мои мозги и заставил окончательно прийти в себя. Судорожно моргнув несколько раз, чтобы разогнать клубящийся перед глазами туман, я с трудом сфокусировал взгляд на своем спасителе. Вернее, спасительнице.

И чуть не застонал от горького разочарования. Рядом со мной на траве, уставившись огромными испуганными глазами, сидела юная девушка, совсем ребенок! Удивительно, что вообще делает это дитя в самых дебрях заповедника, да еще и в одиночестве? И вдвойне удивительно, как она не убежала сломя голову, увидев мое распростертое в траве бездыханное тело! О боги, если уж вы решили прийти мне на помощь, почему было не прислать сильного и многоопытного лесника, или хотя бы парочку шустрых бойскаутов? А это неземное создание, похоже, сейчас грохнется в обморок от созерцания моей окровавленной физиономии, и будет в своем праве – видок у меня, наверное, дикий. Хороши же мы будем оба, лежащие тут рядышком без чувств…

Но, как ни странно, вышеупомянутое неземное создание совсем не собиралось падать в обморок, а уже достало мобильный телефон и сосредоточенно нажимало вовсе даже не дрожащими пальчиками его кнопки. Черт, этого допустить никак нельзя!

- Пожалуйста, прошу вас, – взмолился я, стараясь, чтобы охрипший голос звучал как можно более убедительно, – не нужно вызывать спасателей!

- Не говорите ерунды! – надо же, этот ребенок умеет сердиться совсем по-взрослому. – Вы, похоже, серьезно ранены и только что бредили про каких-то белых кроликов. А я, знаете ли, совсем не врач и вряд ли с этим справлюсь!

- Прошу вас! – я постарался, насколько мог, изобразить свой самый умоляюще-подкупающий взгляд. Но без особого успеха, судя по скептическому выражению лица девушки. Отчаявшись, я протянул перепачканную руку и накрыл ее ладони своей, не давая своей упрямой спасительнице воспользоваться мобильником и обречь меня тем самым на настоящий кошмар в виде всемирного обсуждения моей разбитой физиономии. Надо же, заметил я мельком, в одной моей ладони поместились обе ее ладошки вместе с телефоном.

- Я почти в порядке, правда. И белый кролик вовсе не бред, вот он сидит, под сосной! О, его там нет? Ну, значит ушел, вот неблагодарное животное! Поверьте мне, не нужно никуда звонить! Это очень важно для меня. Просто довезите меня до стоянки, где я оставил свою машину. И буду вам признателен по гроб жизни!

Слушая эту нескладную взволнованную речь, девушка молчала, странным взглядом глядя на мою руку, все еще сжимающую ее запястья. Затем, аккуратно высвободив ладони из моего захвата, медленно подняла глаза. Глаза в тени широкополой шляпы были темные. Некоторое время она смотрела на меня в упор внимательным испытывающим взглядом, который почему-то вызывал стойкое ощущение щекотки где-то в районе желудка. Не знаю уж, что именно прочитала она на моем лице, но, к моему великому облегчению, девушка, наконец, согласно кинула.

- Хорошо, я не стану звонить 911, если вы так настаиваете. И отвезу вас, куда скажете. Но, прежде чем ехать, я окажу вам первую помощь. И не возражайте! Сейчас я принесу аптечку, сидите здесь!

Да я вроде и не возражал. И определенно не собирался менять место дислокации. Напряженная дискуссия совсем истощила мои силы. Испытывая сильнейшее головокружение, я облегченно откинулся на валун и смотрел, как мой ангел-спаситель в белых развевающихся одеждах плывет по траве в сторону дороги. Да, я сильно ударился головой. Определенно.

POV Дана
Ну и в положение я попала с этим горе-велосипедистом! Спасателей он боится, ну-ну… Господи, я ведь понятия не имею, есть ли в этой игрушечной машинке из проката хоть что-то необходимое для оказания первой помощи!

К счастью, я зря сомневалась в предусмотрительности Марка. В багажнике моей крошки оказалась и аптечка, и упаковка бумажных салфеток, и несколько бутылок с водой, и даже небольшой термос с кофе. Я облегченно вздохнула и, схватив в охапку все, кроме термоса, поспешила обратно к своей строптивой находке. А она, то есть он, опять не подавал видимых признаков жизни. Голова бессильно свесилась на грудь, глаза закрыты, красивое бледное лицо все в подтеках запекшейся крови, из гривы светлых спутанных волос торчат какие-то веточки и сухая хвоя. Сердце у меня неожиданно защемило. Господи, надеюсь, я смогу ему помочь!

Положив все принесенное на траву, я присела рядом с бедным страдальцем. С чего же начать? Судя по вздутым венкам у него на лбу и прерывистому дыханию, а также по тому, как он время от времени рефлекторно сжимает челюсти, заставляя играть желваки на скулах, ему наверняка очень больно. Значит, стоит поискать в аптечке обезболивающее.

Без труда отыскав бутылочку с нужным средством, я вытрясла на ладонь две капсулы и открыла бутылку с водой. А затем, стараясь привлечь внимание своего невольного пациента, тихонько тронула его за плечо. Он тут же распахнул свои непонятного цвета глаза и пристально посмотрел на меня, словно уже забыл, кто я такая и откуда взялась. Ох, не надо на меня так смотреть! Этот прозрачный взгляд почему-то сильно нервировал. Сглотнув невесть откуда взявшийся в горле ком, я сказала, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и деловито:

- Примите, пожалуйста, вот эти таблетки. Они должны снять боль.

Но мой пострадавший, игнорируя протянутое лекарство, с вожделением смотрел на бутылку с водой.

- Можно мне сначала просто воды. Пожалуйста! – прохрипел он, проводя языком по запекшимся губам. По неясной причине во рту у меня тоже моментально пересохло.

- Да, конечно, без проблем. – Пробормотала я и сунула открытую бутылку ему в руку.

На мгновенье я отвернулась, чтобы убрать пузырек с лекарством обратно в аптечку, а затем перевела взгляд обратно… Лучше бы я этого не делала! Мужчина жадно пил воду, блаженно закрыв глаза и откинув голову, выставив вперед линию челюсти, о которую, казалось, можно было порезать руку. Словно завороженная, я смотрела на его длинные пальцы, вцепившиеся в бутылку… на его губы, плотно охватывающие ее горлышко… на его выступающий кадык, двигающийся по горлу в такт жадным глоткам… на струйки воды, бегущие от его рта и оставляющие светлые дорожки на перепачканных щеках и шее… Смотрела, позабыв, как дышать… Да что это со мной такое, будто сама не своя… Можно подумать, это я ударилась головой, а не этот бедняга!

А этот бедняга между тем прекратил пить и смотрел на меня с явным удивлением. Конечно, ведь я сижу тут и пялюсь на него самым беззастенчивым образом, вместо того чтобы оказывать помощь. Я покраснела от досады и сказала резче, чем следовало:

- Примите уже лекарство, наконец!

- О’кей, о‘кей, – примирительно пробормотал он, не понимая, видимо, что на меня нашло, – давайте сюда ваши пилюли!

И протянул за ними свою перепачканную ладонь.

- Ну уж нет! – невольно вскричала я, – в руки я их вам точно не дам. Открывайте рот!

Парень удивился, но губы послушно приоткрыл. А я, невольно опустив на них взгляд, уже не была столь уверена, что это подходящая идея. Нет, надо было отдать ему это несчастное лекарство, пусть бы сам принял. Ну, проглотил бы попутно несколько микробов, ничего страшного. А теперь мне придется положить капсулы ему в рот! Я хотела было пойти на попятный и сунуть их в черную от земли ладонь, но в последний момент мне стало стыдно. Что он должен был обо мне подумать?

Я сердито встряхнула головой, прогоняя из нее всякие глупости, и решительно протянула ему белые капсулы. Я старалась держать их пальцами за самый краешек, готовясь сразу отдернуть руку, чтобы не коснуться ненароком его губ. Но мой больной неожиданно подался мне навстречу, и вместе с лекарством у него во рту вполне предсказуемо очутились и кончики моих пальцев. Мягкие губы, еще влажные от воды, плотно обхватили их, всасывая внутрь. Мало того – пытаясь захватить капсулы, он провел своим горячим языком снизу вверх по чувствительным подушечкам, одновременно слегка прикусывая их зубами...

Я резко отдернула руку, испуганная собственными ощущениями. Дыхание перехватило, сердце, казалось, пропустило пару ударов, а потом забилось как сумасшедшее. А пальцы саднило и покалывало, как от ожога. Я посмотрела на них, искренне ожидая увидеть вздувающиеся пузыри и едва удерживаясь от желания подуть на них. Или, еще лучше, сунуть в рот. В смысле, уже в свой. От последней мысли меня бросило в жар. Боже, что творится у меня в голове, кажется, я схожу с ума…

POV Роберт
Ох, как же мне хотелось пить! Я понял это только в том момент, когда увидел в руках у моей благодетельницы восхитительно запотевшую бутылку с водой. Живительная влага, струившаяся по горлу в мой исстрадавшийся организм, казалось, сама по себе придавала мне сил, вымывая из головы боль и заторможенность. Подкрепившись живой водицей, я с таким энтузиазмом принял предложенное все той же благодетельницей лекарство, что чуть не заглотил вместе со скользкими капсулами и ее заботливые пальчики. Черт, надеюсь, я не напугал ее? Держа на весу облизанные мною пальцы, она выглядела как-то странно…

Кстати, о том, как она выглядела. Пока моя спасительница раскладывала на траве всякие устрашающие предметы оказания первой медицинской помощи, я, пользуясь случаем, разглядывал ее новым прояснившимся взглядом. Похоже, я слегка ошибся с определением возраста. Она, однозначно, не ребенок. Девушка, и вовсе не настолько юная, как мне показалось сначала. Скорее, молодая женщина лет двадцати, может, двадцати двух – как трудно точно определить возраст, когда детская внешность сочетается с недетской серьезностью!

Тут она, не замечая, к счастью, моего беззастенчивого разглядывания, сняла белую широкополую шляпу, которая ей явно мешала, и положила ее рядом на траву. Ее пышные и, видимо, очень длинные волосы, собранные на затылке в тяжелый узел, тут же засверкали на солнце тысячами золотистых искорок, так что я невольно зажмурился. Блондинка… А глаза, помнится, были темные, словно мягкий коричневый бархат. Точно, карие были глаза. Офигеть, кареглазая блондинка, вот это экзотика!

Хотя, если отвлечься от этого необъяснимо волнующего душу контраста между цветом глаз и оттенком волос, красавицей мою спасительницу не назовешь, даже с натяжкой. Никаких тебе классических пропорций – высокий лоб, широкие скулы и заостренный подбородок придавали лицу форму сердечка, а широко расставленные глаза казались для него слишком большими. Носик, хоть и аккуратный, оказался украшен россыпью крошечных рыжеватых веснушек. Рот был тоже великоват, с пухлыми, будто надутыми от какой-то детской обиды, губами, причем нижняя губа была немного полнее верхней. Прибавьте к этому бледную, прозрачную, словно фарфоровую, кожу и ни единого следа косметики на лице. В общем, не девушка, а лесной эльф какой-то!

Общая хрупкость фигуры только подкрепляла это впечатление. Я уже успел заценить тонкие пальцы и изящные узкие запястья, а теперь обратил внимание на длинную шею и нежные ключицы, благо открытый белый сарафан давал возможность разглядеть подробности. Правда, излишней худобой девушка не страдала - ведь если скользнуть взглядом ниже, в треугольный вырез сарафана, то картина создавалась вполне… женственная, и даже где-то… соблазнительная.

Словно желая предоставить мне возможность соблазниться в полной мере, девушка подвинулась практически вплотную ко мне и немного подалась вперед, заглядывая в лицо:

- Как вы теперь себя чувствуете, лучше? Обезболивающее уже должно было подействовать.

У нее был приятный голос, нежный, немного глуховатый. Я сразу обратил внимание на то, что девушка говорила с легким, едва уловимым акцентом, но, сколько ни старался, не мог определить, с каким именно. Скорее всего, что-то европейское. Держу пари, английский не родной для нее язык. Но звучало очень мило.
Однако, надо же отозваться, а то она решит, что я опять впал в транс! Я покорно прислушался к себе и благовоспитанно ответил, стараясь не пялиться слишком уж откровенно в ее вырез:

- Думаю… Мне и в самом деле гораздо лучше, спасибо! – и правда, голова почти не болела, да и общее состояние, учитывая пробудившуюся способность обращать внимание на определенные аспекты женской фигуры, было вполне удовлетворительным.

- Вот и славно! – произнесла девушка с напугавшей меня решительностью. – Значит, займемся вашим лицом. Сейчас я промою ссадины, и посмотрим, насколько они серьезны. Я постараюсь сделать это аккуратно, но если будет больно, сразу скажите, хорошо?

Все нескромные мысли мгновенно вылетели у меня из головы. Я согласно кивнул, решив в душе терпеть и не жаловаться, как бы больно не было. Почему-то очень не хотелось выглядеть слюнтяем в глазах этой необычной девушки. Я и так предстал перед ней далеко не в лучшем виде! Поэтому я решительно сжал челюсти и с опаской следил, как она достает из коробки первую салфетку, смачивает ее водой из бутылки и подносит ее к моему исцарапанному лицу. Я замер и предусмотрительно зажмурился.

Но процесс неожиданно оказался вполне даже приятным. То ли лекарство было очень сильным, то ли рука у моей врачевательницы очень легкой, а может, то и другое вместе. Но результат был однозначен – никаких неприятных ощущений, только нежные прохладные прикосновения на лбу, щеках, подбородке, шее… Я блаженно расслабился и только что не мурлыкал от удовольствия. Открыв глаза, я благодарно посмотрел в лицо своей спасительнице. Удивительно, она показалась мне теперь гораздо более симпатичной. Очевидно, побочное действие наркоза.

Под моим пристальным взглядом девушка слегка покраснела, что очень, кстати, ее украсило.

- Что такое? – чуть нервно спросила она. – Я сделала вам больно?

- Ни в коем случае, вы настоящий ангел милосердия! – ответил я вполне искренне, и девушка покраснела еще больше. – Просто я боюсь, вдруг вам станет плохо от вида крови.

Нечестный прием, ведь она уже продемонстрировала мне полное присутствие духа в критической ситуации. Но не признаваться же, в самом деле, что я подверг ее внешность тщательному анализу и даже вынес вердикт. Причем не самый лестный.

- На этот счет можете не волноваться, – кажется, это бесхитростное создание приняло мои слова за чистую монету и спешило теперь меня успокоить, – у меня имеется младший брат повышенной драчливости. Вы не представляете себе, сколько ран и ссадин мне довелось врачевать в своей жизни!

Сказав это, она улыбнулась мне, впервые за все время. И я просто перестал дышать… и довольно долгое время вообще не мог вспомнить, как совершается это нехитрое бессознательное действие. Голова снова закружилась – на этот раз от недостатка кислорода.

У нее была просто изумительная улыбка! Да что я говорю, просто сногсшибательная – искренняя, теплая, открытая, она невероятным образом преобразила ее лицо. В больших карих глазах зажглись лукавые янтарные искорки, на порозовевших щеках появились две очаровательные ямочки, яркие пухлые губы соблазнительно приоткрылись, обнажая ровные жемчужно-белые зубы. Черт, да она настоящая красавица, что я там себе навыдумывал насчет недостатков ее внешности?

А девушка, не замечая поистине сокрушительного действия, оказанного на мою мужскую сущность ее улыбкой, тем временем сосредоточенно промокала мое лицо сухой салфеткой, и каждое ее ласковое прикосновение теперь не расслабляло, а посылало ощутимые электрические импульсы в разные уголки моего очнувшегося организма. Я слегка поерзал, с ужасом ощущая, как тесные велосипедные шорты становятся еще теснее. Ооо нет, только не это! Паттинсон, ты долбаный извращенец! Тебе даже сотрясение мозга не помеха? Что, поможет только лоботомия?

От греха подальше я закрыл глаза и попытался успокоиться, старательно считая вдохи и выдохи. Но коварная девчонка отнюдь не облегчала мою задачу. Честно выполняя свой долг человеколюбия, она склонилась к самому моему лицу. Даже не открывая глаз, я чувствовал ее волнующую близость, ощущал кожей ее легкое дыхание, а когда ее выбившийся из прически локон, скользнув по щеке, прильнул легким поцелуем к моим мгновенно вспыхнувшим губам, я понял, что все мои усилия тщетны – процесс опять пошел!

Приоткрыв глаза, я сквозь ресницы посмотрел на невольную нарушительницу моего покоя. Заметила или нет? И что сделает, если заметит? Наверное, треснет меня еще раз по моей многострадальной голове и умчится прочь, и будет абсолютно права, между прочим! А заметит она непременно, ибо чертовы велосипедные шортики были не способны скрыть ни-че-го! В отчаянии я попытался потихоньку натянуть пониже край короткой велосипедной куртки, но это была заведомо провальная идея. Все, решено, если доберусь до дома живым, сожгу к черту этот порнографический костюм и развею его пепел над территорией национального заповедника Анжелес!

Тем временем моя мучительница, наконец, отстранилась, прекратив свою изысканную пытку, и теперь оценивающим взглядом взирала на дело рук своих. В смысле, на то дело, которое заключалось в отмывании моей физиономии, а не на то дело, которое являлось побочным эффектом этого процесса и располагалось немного ниже. К счастью.

- Ну вот, все оказалось не так страшно, как я думала сначала! – довольно заключила девушка и вновь улыбнулась. Да что же ты делаешь, негодница! Впрочем, черт с тобой, улыбайся, взрывая в моем мозгу ядерные бомбы, но только умоляю, не смотри вниз, не смотри вниз…

- У вас только две серьезные ранки – вот тут, над правой бровью, и здесь, в уголке губ. Остальное, к счастью, мелкие царапины. Так, сейчас посмотрим, чем можно это все обработать…

И она принялась сосредоточенно рыться в аптечке, в задумчивости прикусив белыми зубками пухлую нижнюю губу. Прикусив губу!!!! Твою ж мать… Это ее бессознательное действие обострило проблему просто до неприличия. А бедная девушка, не подозревая о присутствии рядом сексуального маньяка в моем лице, нашла, наконец, нужное средство и начала поднимать глаза…

К счастью, ужас мобилизует. Не успела спасительная мысль вспыхнуть в моем мозгу, как я уже начал действовать – молниеносным движением схватив стоящую рядом коробку с салфетками, я водрузил ее себе на живот, скрыв под ней свою неуместную озабоченность. Уловив краем глаза мое резкое движение, девушка вопросительно посмотрела мне в глаза, а потом на пресловутую коробку. Ох, детка, теперь смотри, сколько хочешь, я в домике!

- Я подержу, – ответил я предательски охрипшим голосом на немой вопрос своей врачевательницы, – вам так будет удобнее.

- Спасибо! – благодарно просияла в ответ девушка, и я немедленно почувствовал себя самой настоящей свиньей. Но коробку из рук не выпустил, мысленно уговаривая мини-Роба сидеть тихонько и не дергаться.

Что? Да, я называю ЕГО мини-Роб. Ну, должен же я как-то к нему обращаться! Он у меня, в конце концов, личность. Со своим мнением и характером. И с непрогнозируемым поведением, что он только что блестяще продемонстрировал. Мини-Роб – хорошее имя. Ну, не то чтобы он на самом деле был «мини». Нет, он вполне даже «макси»! Но если сравнивать с целым Робом, то есть со мной, то, конечно, мини. Черт, что я несу? Я идиот.

POV Дана
Ох, ну что ж, пока вроде все идет неплохо! Если не обращать внимания на мое необъяснимо взвинченное состояние…

Надо сказать, что умытым мой невольный пациент выглядел вовсе не так устрашающе. Да и боль, похоже, его больше не мучила – черты лица разгладились, расслабилась сведенная судорогой челюсть, исчезли напряженные венки на лбу, страдальческие глаза, на мою погибель, прояснились. Правда, под конец гигиенической процедуры он почему-то засуетился, заерзал, и все рвался поправить одежду. Наверное, что-то все-таки беспокоило. Но он ни на что не жаловался и даже благородно вызвался подержать коробку с салфетками, чтобы мне было удобнее. Джентльмен, кто бы мог подумать!

Оставался открытым вопрос – что же такое творится со мной? Стыдно признаться, но обводить руками скульптурные черты лица, прикасаться к его коже, чувствуя покалывание рыжеватой щетины на своих пальцах, было наполовину приятно, наполовину тревожно. Было бы намного легче держать себя в руках, не смотри он на меня так… так… даже не знаю как! Но он почему-то все смотрел, ни на мгновение не отводя прозрачно-льдистого взгляда. Даже отвернувшись, я чувствовала этот взгляд всей кожей, как будто он обладал каким-то невероятным свойством осязаемости. А в какой-то момент все стало еще хуже, мы тогда, по-моему, просто разговаривали. По неясной причине прохладный горный хрусталь его глаз мгновенно превратился в жгучее расплавленное серебро, и теперь этот взгляд уже не бросал меня в дрожь, а буквально воспламенял. Даже удивительно, что за все это время я умудрилась покраснеть лишь однажды…

Но, наконец, с умыванием было покончено. К счастью, серьезных ран на лице оказалось всего две, и я решила начать с той, что красовалась над правой бровью. Она была довольно длинной, с неровными краями.

- Вам нужно будет обязательно обратиться к врачу, – сказала я, смачивая ватный тампон в дезинфицирующем растворе, – тут необходимо наложить швы. Иначе останется шрам.

Мужчина недовольно скривился, но возражать не стал. Еще бы, вряд ли он захочет портить свою эффектную внешность. Хотя это по определению невозможно… Так, я опять отвлеклась!

- А пока я постараюсь очистить и прижечь вашу рану, чтобы не началось воспаление. Будет неприятно, но придется потерпеть! – вот так, и никаких сантиментов. Ему вовсе незачем знать, что я растекаюсь лужицей от одного его взгляда!

Но он вовсе не испугался и вообще выглядел слишком довольным для тяжелораненного! Твердо решив не поддаваться обаянию его улыбки, я придвинулась поближе и принялась за дело. Поначалу мой больной вел себя просто идеально, притворяясь смежившей веки греческой статуей. Невольно я обратила внимание на его длинные густые ресницы, тень от которых веером лежала на лице, практически доставая до линии скул. Господи, ну вот зачем мужчине такие ресницы?

И не успела я так подумать, как этот самый мужчина приоткрыл свои невозможные глаза и провел своими невозможными ресницами прямо по чувствительной середине моей ладони. Касание было таким легким, невесомым, как будто бабочка задела меня в полете своим крылом. Трудно поверить, но от этого невинного прикосновения по моему телу с головы до ног сладкой волной пробежали мурашки. Я непроизвольно отдернула мгновенно задрожавшие руки и сердито посмотрела в лицо этому любителю махать ресницами. Но тот сидел смирно, невинно закрыв глаза. Наверное, показалось, решила я вернулась к ранке над бровью. Но спустя мгновение все повторилось с пугающей точностью – взмах ресниц, легкое касание и моя неадекватная реакция. А потом еще раз. И еще. Я изо всех сил старалась держать руки подальше от его лица, но тщетно. А мой несносный пациент продолжал моргать, посылая по моему телу все новые и новые порции мурашек, которые по какой-то неясной причине собирались внизу живота. И затевали там какие-то нескромные игры. Нет, я больше так не могу!

- Можно попросить вас закрыть глаза и не моргать, вы очень мне мешаете! – сказала я сердито, но голос мой предательски дрожал, а дыхания не хватило до конца короткой фразы. Только бы он не заметил, что со мной происходит, а то я сгорю со стыда.

- Хорошо, я постараюсь. Изо всех сил! – буквально промурлыкал он, в голосе явственно слышалась улыбка. Весело ему, надо же! Неужели он специально щекочет меня своими ресницами? Да нет, что я на него наговариваю, он ведь только-только оправился от обморока. Почудилось, скорее всего.

В любом случае, с ранкой над бровью я закончила. Надо отдать ему должное, он даже не поморщился от едкого дезинфицирующего раствора. Хотя боль наверняка была просто невыносимая. Пожалуй, дам ему возможность немного передохнуть, прежде чем начну обрабатывать следующую ссадину. А пока можно достать, наконец весь этот природный мусор из его волос.

- Теперь вы можете открыть глаза. – обратилась я к парню, который так старательно жмурился, что в уголках глаз собрались лучики морщинок. Он тут же послушался, и меня опять обожгло его взглядом, как огнем. Да что же это такое?

- Уже все? – мне показалось, или в его голосе действительно звучало что-то похожее на сожаление? Да ну, вряд ли он мазохист.

- Пока нет, – невольно улыбнулась я, – осталась еще одна ссадинка. Вы пока слегка отдохните, а я почищу вашу шевелюру. А то вы смотритесь немного дико со всеми этими хвойными иголками в волосах.

Мой больной усмехнулся и послушно склонил лохматую голову. Несмотря на это, мне пришлось придвинуться еще ближе и встать на колени, чтобы дотянуться до его затылка. Судя по всему, у нас с ним была довольно значительная разница в росте, подумала я, запуская руки в мягкую густую шевелюру. Ммм, как приятно… Если не считать того, что само дело оказалось сложнее, чем я предполагала. Некоторые особо смолистые хвоинки намертво застряли в шелковистых прядях, и боюсь, пытаясь распутать, я весьма немилосердно их теребила. Но парень опять стоически молчал и только тихонько сопел мне куда-то в область шеи. Ох, нет! Стоило мне обратить внимание на близость наших тел, как по моему собственному опять разлилась предательски приятная слабость. Пожалуй, надо с этим заканчивать, оставшуюся хвою дома достанет, а пока и так сойдет. Сейчас быстро обработаю последнюю ранку, и поедем от греха!

Стряхнув с его волос еще пару мусоринок, я отстранилась и искоса взглянула ему в лицо. Что-то мой больной как-то подозрительно разрумянился, и веки на лбу снова проступили. Надеюсь, это не признак начинающейся лихорадки. И правда, нужно поторопиться.

- Ну вот, еще чуть-чуть и можно будет отправляться в путь! – сказала я нарочито бодрым тоном. – Осталось прижечь еще одну ссадину вот здесь, над верхней губой. Она совсем небольшая, но место очень чувствительное. Должна предупредить, будет, наверное, очень больно.

Он приоткрыл было рот, собираясь, видимо, что-то ответить. Но я, решив поскорее покончить с этим неприятным делом, быстро смочила тампон и прижала к ранке. То ли он не ожидал от меня такой прыти, то ли боль действительна была очень сильной, но мой доселе терпеливый пациент вдруг страдальчески сморщился и со свистом втянул в себя воздух сквозь стиснутые зубы. И я, испытав острый прилив жалости и не успев даже толком осознать, что делаю, склонилась к его губам и бережно подула на больное место…

Он резко взмахнул ресницами, едва не задев меня ими по щеке. В широко распахнутых глазах полыхало пламя. С его полуоткрытых губ сорвался тихий полувздох-полустон, опалив мои губы неосязаемым поцелуем. Я замерла в нескольких сантиметрах от его лица, не в силах отстраниться. Дыхания больше не было. Сердце остановилось. Внизу живота бушевало торнадо. Боже, я сейчас умру…

POV Роберт
Что она творит?!! Нет, эта невозможная девчонка твердо решила довести до конца то, что не удалось злокозненному белому кролику. Меня же сейчас разорвет на хрен!

А ведь еще несколько минут назад все было вполне невинно. Я сидел, закрыв глаза, откинувшись назад и намертво вцепившись руками в спасительную коробку с салфетками, пока она колдовала над ссадиной на моем лбу. Черт, как же мне было больно, этот долбаный дезинфицирующий раствор, казалось, прожег мне дырку прямо в черепе и теперь подбирался к мозгу! Но ни за что на свете я не хотел показаться своей спасительнице этаким нытиком-недотрогой, поэтому приходилось терпеть. Пытаясь отвлечься от боли, я забавлялся тем, что принялся щекотать ресницами ее ладони. Благо, ладони порхали в непосредственной близости от моего лица, а чертовы ресницы отличались немаленькой длиной. Помню, как в школьном возрасте я ненавидел эти проклятые опахала над глазами, делавшие меня похожим на девчонку. Однажды даже состриг их почти под корень мамиными маникюрными ножницами. Но они моментально отросли и мстительно стали еще длиннее и гуще. А потом я к ним привык. А сегодня вот, даже пригодились!

Итак, я развлекался, играя в мою маленькую невинную игру. Девушка, видимо, очень боялась щекотки, но стеснялась мне об этом сказать. Она так забавно вздрагивала всякий раз, как мои ресницы скользили по ее коже, и мне очень понравилось ловить ее прерывистые вздохи. Немного напрягало только то, что коробка с салфетками в моих руках почему-то подпрыгивала в такт этим вздохам. Что ж, похоже, мини-Робу тоже нравилась эта игра. Наконец девушка всерьез рассердилась и велела мне прекратить. А жаль, было прикольно!

Но потом моя спасительница, отпустив несколько обидных замечаний по поводу моей шевелюры, вознамерилась избавить ее от последствий контакта с лесной подстилкой. И вот тут-то мне стало не до смеха! Когда она запустила свои тонкие прохладные пальчики мне в волосы, я едва не застонал от внезапно нахлынувшего острого удовольствия. А она продолжала терзать меня, тормоша, перебирая и дергая за спутанные пряди, посылая обжигающие электрические заряды во вполне определенную часть моего организма. Но этого ей, видимо, было мало. Пытаясь дотянуться до моего затылка, она придвинулась почти вплотную, а я, желая ей помочь, наклонил голову и практически уткнулся лицом в… ооо да, моя прелесть, мой фетиш, мой всегдашний крышеснос!.. эта дьявольски соблазнительная ложбинка между дьявольски соблазнительных полушарий! Свежий теплый запах ее кожи ударил в голову, опьяняя и начисто вырубая способность связно мыслить. Как же мне хотелось наклониться чуть ниже и коснуться губами этой нежной алебастровой кожи…

Но тут она неожиданно отстранилась, и я чуть не застонал от горького разочарования и острого чувства потери. Ощущать ее так близко, практически в моих объятьях, это было так… правильно, что ли. Но девушка, очевидно, ни в коей мере не разделяла моих переживаний. Она выглядела спокойной и деловитой, и явно спешила покончить поскорее с процессом оказания первой медицинской помощи и избавиться от меня. Эта мысль почему-то была мне очень неприятна.

А потом… она принялась врачевать вторую ссадину, где-то в районе моего рта. Да так стремительно, что я не успел морально подготовиться и невольно зашипел от острой боли, ожегшей мне верхнюю губу. И тут это непредсказуемое создание, успевшее уже свести меня с ума несколькими разными способами, совершило самую немыслимую вещь, которую только можно себе представить. Она приблизила свое лицо вплотную к моему, сложила, словно для поцелуя, свои пухлые аппетитные губки и… подула!.. на мою!.. рану!...

Что я испытал в этот момент, невозможно выразить словами. Потрясение. Нет, шок. Нет, взрыв мозга! Мощный термоядерный взрыв, проникший в каждую клеточку моей души и моего тела – пожалуй, только этот образ хоть отдаленно отражает мои противоречивые эмоции. С одной стороны, в этом было столько нежности, столько трогательной заботы. Черт побери, никто не делал для меня ничего подобного с тех самых пор, как мне исполнилось лет пять или шесть. Поэтому неукротимая взрывная волна ворвалась для начала в мое неподготовленное сердце, с ходу разнеся его вдребезги на тысячу осколков… С другой стороны, это было, вне всяких сомнений, самое чувственное переживание за всю мою богатую приключениями жизнь. Ее свежее ароматное дыхание на моих губах – это было слаще поцелуя, горячее самого откровенного прикосновения. И поэтому, оставив разбитое сердце истекать кровью, взрывная волна устремилась прямиком вниз, устроив там вторичный взрыв такой силы, что пресловутая салфетная коробка буквально выскочила у меня из рук.

На несколько мучительно прекрасных мгновений мы замерли в считанных сантиметрах друг от друга. Завороженный, я смотрел в ее глаза, которые уже не напоминали ни мягкий коричневый бархат, ни мерцающий янтарь. Нет, сейчас в них словно бурлило и клокотало расплавленное золото, и я тонул, тонул в этих обжигающих глубинах, полностью теряя представление о времени и пространстве. Ее губы практически касались моих, и я с наслаждением впитывал исходящий от них лихорадочный жар. Наше дыхание смешивалось, лаская, обжигая, окончательно сводя с ума. Хочу коснуться ее губ… хочу сгореть и восстать из пепла… хочу потеряться в ней… забыться… забыть… не быть…

 
Источник: http://only-r.com/forum/38-275-1
Из жизни Роберта БеккиТэчер 632 30
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа    

Категории          
Из жизни Роберта
Стихи.
Собственные произведения.
Герои Саги - люди
Альтернатива
СЛЭШ и НЦ
Фанфики по другим произведениям
По мотивам...
Мини-фанфики
Переводы
Мы в сети        
Изображение  Изображение  Изображение
Изображение  Изображение  Изображение

Поиск по сайту
Интересно!!!
Последние работы  

Twitter          
Цитаты Роберта
"...Слава открывает одни двери и закрывает другие."
Жизнь форума
❖ Флудилка
Anti
❖ Вселенная Роба-7
Только мысли все о нем и о нем.
❖ Игра с убийцей
Герои Саги - люди (16+)
❖ Позитифф
Поболтаем?
❖ Dior и Роберт Паттинсо...
Клубы по интересам.
❖ Пятьдесят оттенков сер...
Fifty Shades of Grey
❖ GifoMania Часть 2
Только мысли все о нем и о нем.
Последнее в фф
❖ Назад к реальности. Гл...
Из жизни Роберта
❖ Назад к реальности. Гл...
Из жизни Роберта
❖ Я буду ждать... Глава ...
Из жизни Роберта
❖ Невеста Дракона. Часть...
Герои Саги - люди
❖ Невеста Дракона. Часть...
Герои Саги - люди
❖ Я буду ждать... Глава ...
Из жизни Роберта
❖ Я буду ждать... Глава ...
Из жизни Роберта
Рекомендуем!
5
Наш опрос       
Какой поисковой системой вы обычно пользуетесь?
1. Яндекс
2. Google
3. Mail
4. Прочие
5. Рамблер
6. Aol
7. Yahoo
Всего ответов: 171
Поговорим?        
Статистика        
Яндекс.Метрика
Онлайн всего: 14
Гостей: 7
Пользователей: 7
GASA helena77777 Солнышко Anzhela анна Галина dunya


Изображение
Вверх